Убийственная атака двойника внезапно прекратилась. Что-то брякнуло, а затем послышался звук падающего тела. Волк ощупал наливающийся под левым глазом синяк и отнял руки от лица. Клон лежал на полу ничком. Его оружие валялось рядом. Лейтенант схватил „МК“ и только после этого поднял пока не до конца прояснившийся взгляд на спасителя.

На фоне яркой потолочной лампочки рассмотреть лицо стоящего посреди комнаты человека было невозможно. Однако торчащий вокруг его головы патлатый „нимб“ и узловатые кулаки были Волку хорошо знакомы.

— Ты… вовремя…

— Ну, — согласился Ефимыч. — Иду по улице, слышу, бьют кого-то: Дай, думаю, поинтересуюсь. Зашел, а тут ты сам себя лупцуешь. Чего не поделили?

— Мир…

— Что, двоим целого мира мало оказалось? — Ефимыч рассмеялся. — Ну, блин, суперагенты… вашу маму, у кого она была!

Бородач помог Волку подняться и, усадив его в кресло, аккуратно отнял пистолет. Лейтенант кое-как поправил одежду и вынул из кармана треснувшие пополам солнцезащитные очки — подарок Леры.

— Сломал, гад…

— Стоит ли переживать? — Бородач сунул ему в карман почти такие же. — Владей.

— Спасибо тебе… — Володя сплюнул кровью, — за все.

— За что это? — Ефимыч хитро прищурился. — Говорю же… просто мимо шел.

— Ну да… И в Дарвине меня, в оранжерее, просто случайно выручил, и после про желтую точку подсказал. Верю.

— Не, ну приврал, конечно. — Бородач порылся в карманах и достал наручники. — Я за ним шел… у меня же чутье на клонов.

Он взгромоздился на бесчувственного двойника и сковал ему руки за спиной.

— Зачем он тебе?

— Он же Кук… — Ефимыч встал и отряхнул колени. — Ты пока болел, а после по Дарвинам всяким катался, совсем из темы выпал. А она ой как нехорошо раскрылась. Сначала из-за твоего похищения из Мар-дель-Плата, а потом из-за расследования, которое тут федералы начали, петля рушиться взялась, и через это в мире бо-ольшие проблемы начались. Про бунты австралийцев с повальным отключением от „М-4“ слыхал? Нет? А про ввод войск реальных северян с радиоактивных северных континентов?

— Когда же это успело произойти, я тут всего…

— Месяц, почитай…

— Какой месяц?! Полдня от силы!

— Вот и в этом, видать, тоже проблема. Нету стабильности в петле, нету согласования и в приборе профессорском. Потому-то этот твой братан и не спешит на роль Кука вертаться. А вдруг оно все рухнет к чертям собачьим? Он, видишь, только с Новаком обратно ходок.

— В общем-то правильно…

— Ну да… Только слыхал я, что нам-то от восстановления петли никакого гешефта не будет. Так народ в Черном поговаривает. А народ у нас… сам знаешь, ушлый. Много чего секретного раскопать способен. Про „М-5“, например. Его, чтоб ты знал, уже почти запустили, скоро начнут нас в дальние страны зазывать, а кто несогласный — на липучку.

— Значит, это правда. — Володя покачал головой. — Я надеялся, что Новак преувеличивает. Так что же выходит, клон повторяет мои ошибки — ловит Новака без санкции начальства?

— Не-ет, куда там! Он характером не в тебя пошел. Северяне сами ему такую идею подкинули. Как бы эту… мотивацию наладили. Чтобы, значит, нашел профессора поскорее и пулей обратно, в „Д“ плюс семьдесят дней, Кейптаун штурмовать да Мадагаскар осаждать.

— А ты…с кем?

— А я, — Ефимыч подмигнул, — сам по себе. Хожу, брожу, где трудно — помогаю. Из интереса.

— Снова верю. — Волк усмехнулся. — Значит, характером, говоришь, не удался? В таком случае ему компания нужна. Он же вроде с Анной сюда пришел. Ты не в курсе, где она?

— Вот чего не знаю, того не знаю. — Бородач развел ручищами. — Но согласен, без „костыля“ этот герой пробирочный не привык обходиться. Значит, поблизости лисичка-сестричка. Наверное, опять хитрость какую-то замышляет.

— Опять?

— А то! С секретом Анюта, с большим секретом, ты это учти. Я нутром чую.

— А раньше ты почему мне этого не говорил, на полигоне… то есть… в прошлый раз?

— А ты спрашивал? Да и не время тогда было все „флеш-ройяли“ открывать, рано. Надо было перед Центроспасом в своего играть. Соображаешь?

— А сейчас уже не надо?

— Надо. Я и продолжаю. Ты же меня северянам не сдашь, а этот субчик в ближайшие полтора года будет роль Кука играть, в годы становления Государства…

Их разговор прервали новые шаги. Володя насторожился. Шаги были осторожными и легкими. Вряд ли это был Новак. Но кто тогда? Как в квартиру проник клон, было понятно, как пролез Ефимыч — в принципе тоже, этот бородатый „Робин Гуд“ был очень непрост. Профессионально непрост. Но кто еще мог так легко вскрыть замок модели 2210 года? Еще один „пришелец из грядущего“? Отставшая от подопечного Анна?