Володя поискал взглядом что-нибудь поувесистее.

— Сядь, — приказал появившийся на пороге клон.

Свой приказ он подкрепил демонстрацией „МК-32“. Самооборона без оружия отменялась. Лучевой пистолет был направлен Волку точно в область сердца. Насколько Володя себя знал, с такого расстояния он промахнуться не мог.

— Сел. — Оригинал занял прежнее место в кресле. Клон подошел к компьютеру и быстро просмотрел содержимое диска.

— Здесь не все.

— Знаю. Главные расчеты у профессора.

— Где Новак?

— Сам ищу.

— Успешно?

— Не очень. Пока добрался только до архива.

— А говорил с кем? — Двойник указал на свернутое, но не закрытое диалоговое „окно“.

— С ним. — Володя понимал, что врать самому себе бессмысленно. — Но мне он пока не доверяет. Присматривается.

— Осторожничает? — Репликант кивнул. — Это в его стиле… А врать — в твоем. Где он, говори или… Ты же меня знаешь.

Он поднял пистолет на уровень глаз.

— Я думаю, в ФСБ. Вместе с копиями этих документов и недостающей тетрадью.

— Это ты его сдал? — Клон скрипнул зубами.

— Я. — Володя старался не смотреть на „МК“. Пока не станет окончательно ясна обстановка, двойник не выстрелит, в этом Волк был уверен. — Чтобы он твоим хозяевам не достался.

— Ты идиот! Хозяевам! Да он не им, а нам с тобой в первую очередь нужен! Плевал я на хозяев и на весь мир! Все, что меня интересует, — я сам! Я хочу выжить, но без этого паршивого профессора петля все больше разрушается! Ты в курсе, что, если она исчезнет, мы растворимся вместе с ней? Как будто нас и не было!

— Никогда не думал, что смогу стать таким махровым негодяем. — Володя покачал головой. — Ты меня расстраиваешь.

— Ничего, ангелочек, переживешь. — Клон усмехнулся. — Кто его охраняет, Георгий и Лева?

— И еще рота спецназа.

— Неандертальского? — Он презрительно скривился. — „Джон Айс и узники Кали“, пятый уровень, восьмая сцена — освобождение Лауры.

— Здесь тебе не игра.

— Знаю, знаю… полигон уровня „плис“. — Двойник рассмеялся. — Ты сумел переиграть „котиков“ и взорвать авианосец, так почему бы мне не справиться с ротой спецназа?

— Ради бога. — Волк широким жестом указал на выход. — Баба с возу… амбиций меньше.

— Не-ет. — Клон чуть повел стволом вверх. — Вставай. Мы пойдем вместе.

— Отказать. — Володя поднял руки. — Я туда не полезу. Лучше исчезну вместе с петлей.

— А как же Лера? — Двойник осклабился. — Я не говорю о том, что пострадает твое чувство собственного достоинства, вернее, гонор супермена, который не смог спасти мир. Мертвым не бывает стыдно. Но подумай о Лере. Ты дашь ей погибнуть?

— Мы расстались. — Волк покраснел. Клон знал, куда бить. Что в общем-то и неудивительно.

— Это для тебя ничего не значит. Вас слишком многое связывает, чтобы ты стал равнодушен к ее судьбе. Так что подумай, братец…

— Лабораторный кролик твой братец! Двойник ухмыльнулся, поднял пистолет стволом к потолку и сел в кресло за компьютером.

— Злишься? А на кого? На себя? За то, что вот только сейчас принял неверное решение, но гордость не позволяет в этом признаться? Ну-ну, расслабься. Мне-то рассказать можно. Ведь ты уже осознал, что не прав, ведь так? Осознал, чего стоит эфемерное благо абстрактного человечества в сравнении с судьбами конкретных людей, которые могут погибнуть вместе с исчезающей петлей. Понял, почему не следует исправлять то, что и без того правильно. Не только потому, что это погубит миллиарды людей в нашем веке, но и потому, что это убьет Леру, Колоду, твоих родителей, друзей и подруг… Убьет тех, кто тебе дорог!

— А заодно и тебя с твоими модифицированными хозяевами. Иди куда подальше.

— А-а, я понял. Ты опять наврал! Новак на свободе, и ты рассчитываешь на его помощь.

— И что с того?

— Скотина! — Клон снова направил оружие на Волка. — Ну все! Или ты говоришь, где на самом деле Новак, или остаешься в этом горячо любимом прошлом навсегда!

Внутренне Володя был уже готов увидеть последнюю в своей жизни вспышку лазерного импульса, но двойник почему-то не выстрелил. Он подскочил к лейтенанту и наотмашь ударил его по лицу рукояткой пистолета. Волк завалился на пол вместе с креслом и попытался прямо из партера достать противника каблуком в голень, но двойник отпрыгнул назад, затем шагнул в сторону и дважды пнул Володю в бок. Лейтенант попробовал откатиться, но ему помешало опрокинутое кресло. Клон в ярости пнул лежащего „братца“, целясь в живот, затем в голову и снова в живот. Молотил он без жалости, и Волк понимал, что если не встанет, то быстрый и бесславный конец ему обеспечен. Но как это сделать под градом тяжелых ударов? Володя собрался и, отбив пару пинков согнутыми руками, сел. И тут же получил ботинком в лицо. В глазах потемнело. Еще один такой удар, и все. Лейтенант инстинктивно прикрыл лицо ладонями…

А вот теперь точно пора звать Георгия. Клон был в гораздо лучшей физической форме. Володя увернулся от очередного пинка — он увидел движение ботинка сквозь прикрывающие лицо пальцы — и промычал нечто вроде: „Хмелевский, на помощь“. Получилось глухо и неразборчиво. Однако призыв был услышан. Правда, не Георгием, а двойником. Он на секунду замер и хрипло рассмеялся.

— Зови, зови… слабак! Думаешь, я глупее тебя? Он вынул из кармана компактный генератор радиопомех. Судя по светящейся лампочке, он вовсю работал, и это означало, что „жучки“ в квартире „сдохли“. Надежды на другие варианты связи с федералами тоже не было. Телефон, телеграф и почта не годились, а „Мегаполис“ тут пока не изобрели… Клон спрятал генератор в карман и снова набросился на Волка. В боку после очередного удара что-то подозрительно хрустнуло, а левая рука частично онемела. Володя в последний раз попытался встать, но в глазах снова потемнело…