– Виктор Ли, – представился он, сорвав с себя легкую гарнитуру и швырнув ее в сторону стены с тремя тридцатидюймовыми ЖК-мониторами.

Потом несколько раз моргнул. На носу Ли красовались очки в роговой оправе, короткие жесткие волосы торчали ежиком. Виктору было лет тридцать, но он походил на персонажа из 50-х.

– Познакомься с Джимми Кьюсаком, – сказал Лизер. – Он – новое лицо наших продаж.

Кьюсак потряс руку Виктора:

– Много о вас слышал.

– Вон там, – продолжал Лизер, – Билл. Это Адам. А это Дэвид. Они все трейдеры, под началом Виктора.

Кьюсак пожал каждому руку.

– Ты хорош? – спросил Ли без тени юмора.

Один из младших трейдеров закатил глаза. Другие смотрели на Джимми. Им уже приходилось наблюдать за Виктором.

– Нам, Кьюсак, всякий отстой не нужен.

Отрывистое произношение Ли выдавало долгие годы на улицах Гонконга. Метр шестьдесят семь, семьдесят пять килограмм и ни капли жира. Он походил на старомодный пожарный гидрант, который вместо воды извергает тестостерон.

– Я подойду, – ответил Кьюсак.

Он по собственному опыту знал, что для укрощения таких говорунов лучше всего подходит техника выматывания. Принимайте удары, пока человек сам не заговорит себя до изнеможения. А потом отправьте его в нокаут парочкой дерзких комбо. Он насмотрелся на таких Викторов Ли в «Голдман Сакс» и других конторах. Джимми доводилось спарринговать с лучшими.

– Ты хоть представляешь, Кьюсак, чем мы здесь занимаемся?

– Делаете деньги.

– Эй, Сай, – впервые ухмыльнувшись, заметил Виктор, – мне нравится этот парень.

Ведущий трейдер повернулся к Кьюсаку:

– А что еще, новичок?

Джимми замялся и взглянул на босса. Лизер молчал. Он смотрел на своих сотрудников, невыразительностью лица соперничая с дыней.

– Я не видел портфеля, – начал Кьюсак, – но знаю, что «ЛиУэлл» сосредоточена на горстке компаний. Вы покупаете огромные пакеты акций, но не даете ценам идти вверх. Сай сидит в совете «Бентвинг Энерджи», где не боится раздразнить остальных.

– Ты ни хрена не знаешь, – выпалил Виктор. – Вот правильный ответ.

– Простите?

– Никто не знает, что мы делаем, – ответил Виктор, подчеркивая паузами слова. – Мы никому ничего не говорим. Иначе каждый придурок в Гринвиче последует нашему примеру.

Кьюсак молча принял критику.

– Никто не заработает денег, – продолжал Ли, – убалтывая своих мамочек меняться друг с другом.

– Ты общаешься с клиентами? – без тени сарказма спросил Кьюсак. – Ты отлично подходишь для фондов пожертвований. Гарвард, Йель, Принстон – мы можем неплохо прокатиться. По пути остановимся в паре пенсионных фондов, может, в одном-двух семейных офисах.

– Виктор – не отдел кадров, – вступился Сай, сдерживая улыбку, и похлопал трейдера по спине. – Но у него степень Массачусетского технологического, и он знает, как торговать. Поэтому я рад, что он в нашей команде.

– Надеюсь поработать с вами, – сказал Кьюсак трем младшим трейдерам, подняв большой палец, и получил такой же ответ.

– Парни, выпьете после работы со мной и Джимми? – спросил Лизер.

Прежде чем Виктор ответил, его телефон зазвонил. Номер высветился на экране, и Ли произнес: «Мне нужно принять звонок».

– Что у вас? – сказал он в микрофон, натянув наушники.

Слушая, Виктор играл с полукилограммовым молотком. В большинстве офисов инструменты неуместны. Однако у трейдеров все было иначе. Они вечно возились с чем-нибудь – бейсбольные биты, мячики и прочее в таком же роде. Предметы, которые помогали снять нервное напряжение.

Собранный и настороженный, Виктор просматривал один дисплей за другим. Он изучал графики, бегущие строки и ленты новостей, как будто оценивал совет своего абонента.

– Приятель, не трать мое время, – наконец заявил он и отключился.

Сай слабо улыбнулся.

Ли схватил молоток и, указывая рукояткой на Джимми, заявил:

– Кьюсак, просто запомни. В мире есть два типа людей. Те, кто зарабатывает деньги…

– И?

– И те, кто зря тратит воздух.

Сай и Джимми продолжали турне по «ЛиУэлл Кэпитал». Помещения – шикарные, напичканные технологиями, хедж-фондовый шик и Шангри-Ла университетских клубов – включали серверную, восемь на десять, и вместительную бильярдную с регулируемыми лампами над столом. На одной стене висели кии. На другой – плоский телевизор в пятьдесят два дюйма, настроенный на «Фокс Бизнес».