– Ну, вот он, - прокряхтела Эша, поднимаясь и потирая ушибленные места.
– А сейчас твоя сестра...

– Я заперла ее в ванной!
– торжествующе сообщила Ларка, и Эша улыбнулась. Да, не только все старшие сестры похожи друг на друга. Младшие тоже. Когда-то она тоже заперла Полю в ванной, и сейчас уже и не вспомнить, зачем. Возможно, причины вообще не было. Младшим сестрам отнюдь не всегда нужны причины, чтобы делать какие-нибудь гадости.

– Какой большой, - Ларка потянулась к зонту, безмятежно лежащему на паласе, но Эша вдруг перехватила ее руку.

– Подожди. Не трогай его.

– Почему?
– удивилась та.

– Не знаю.

Ларка тут же отступила. То ли "не знаю" для нее было самым весомым аргументом, то ли голос Эши прозвучал как-то по-особенному. Но Эша и правда не знала. Это был самый обычный зонт. Что он может сделать? Странное ночное состояние Милы не могло быть вызвано зонтом. Глупая девчонка просто подсела на какую-то наркоту. Это бледное лицо призрака, эти широко раскрытые невидящие глаза...

"Ты не понимаешь!" - вдруг крикнул в ее голове густой голос "маньяка".
– " Ты не понимаешь!"

Что ж, сумасшедшие всегда уверены, что их никто не понимает. Да и нельзя их понять, разве нет? А у тебя высокая температура, и поэтому в голове все перепуталось. Вспомни свои вчерашние жуткие галлюцинации! Ничего нет. Ты просто больна.

Воодушевленная этими выводами, Эша схватила зонт и открыла его. Самый лучший способ рассмотреть зонт - это открыть его, не так ли?

Зонт, щелкнув, открылся легко, охотно, округлив над Шталь свой тугой красный купол, и в тот же момент она снова ощутила нечто, похожее на злобное собачье взрыкивание, но теперь это ощущение было очень близко, оно было прямо здесь, словно вместо зонта Эша неосмотрительно схватила в охапку злющего сторожевого пса, который прямо сейчас за это вцепится ей в горло.

Не трожь! Ты не моя!

Нарядный красный зонт вдруг ощерился на нее - самым натуральным образом. Отовсюду - из туго натянутой материи, из блестящих спиц, из стержня ножки проросли в мгновение ока острейшие крепкие клыки, которым позавидовала бы любая матерая овчарка, и из-под купола на Шталь дохнуло зловонным звериным жаром.

Ты не моя!

Взвизгнув, Эша отшвырнула зонт, и он, кувыркнувшись, пролетел через комнату и мягко шлепнулся на одну из кроватей, уставив в потолок изогнутую красную ручку. Ларка тоже взвизгнула, но, скорее, изумленно:

– Ты чего?!

Мелко дрожа, Шталь осторожно посмотрела на зонт. Это был самый обычный зонт, безо всяких клыков, и его стальные части поблескивали совершенно безобидно и даже озадаченно, словно зонт тоже безмолвно вопрошал:

Да и правда, ты чего? Я же просто зонт. Я защищаю от дождя - это все, что я умею.

А ты не моя.

Нет, ей не привиделось. Это было на самом деле. Этот зонт...

Господи, это вообще зонт?

Эша машинально вытерла ладони о джинсы, продолжая смотреть на перевернутый красный купол. Он больше не мог обмануть своей обычностью. В гостинице она видела мечты вещей, сейчас это было нечто другое, и, скорее всего, это нечто предназначалось только ей. Возможно, возьми зонт в руки Ларка, она бы ничего не увидела, но, наверное, ей бы стало очень неприятно его держать. Потому что она...

...тоже не его.

Зонты всегда чьи-то. Зонт принадлежит человеку. Но не могло ли случится так, что человек принадлежит зонту, и ему не понравится, если его возьмет кто-то другой. Не зонт Милки. Милка зонта.

Зонты защищают нас от дождя. Зонты прячут нас от дождя.

Зонты прячут нас... Куда?

Куда этот зонт прячет Милку? В какие дали, оставляя здесь только ее безвольное, бессмысленно таращащееся тело? Что он делает и для чего? И как ей удается закрывать его и бродить по дому? Он не против? Что он делает?

И кто подговорил его на это?

Вопросы возникали в голове один за другим, но одно Шталь знала точно. Она встречала разные вещи: безумные, ревнивые, хулиганистые, недобрые, но она еще никогда не встречала вещи настолько злой. Настолько темной. И настолько мерзкой. Настоящий демон, обратившийся зонтиком. Зонтодемон.

Тьфу!

Эша решительно подошла к кровати и, снова схватив зонтик, закрыла его. Тот вновь рыкнул, но теперь уже откуда-то издалека, и Эша, не обратив на это внимания, перехватила зонтик поудобней и огляделась, ища что-нибудь, чем можно изничтожить его раз и навсегда. Она всегда была лояльна к вещам. К любым вещам. Но только не к этой. Даже недавняя развеселая гостиница была еще ничего себе. В эти секунды Шталь не смогла бы толком объяснить, что именно ее так напугало. Никакой логики не было - одни эмоции.