— Я теперь всегда буду спать одна без мужа? Интересно, как скоро обо мне пойдут разговоры в селе?

Полковник подошел к ней. Обнял и поцеловал в губы. Девушка ответила на его поцелуй. Он начал сам раздеваться. Инга смотрела с интересом на его могучее мускулистое тело. Она еще никогда не видела столько шрамов на теле.

“Да, видать, правду говорят, что он - один из самых славных воинов на Украине”, - подумала Инга.

Кульбас лег рядом с женой. Она обняла его, и они наконец-то стали единым целым, как и положено мужу и жене.

10. Могила вурдалака.

Войдя в хату Коцюбы, Игнат увидел свет, падающий из-за шторы, которая закрывала вход в комнату старого казака. Дед Петро не спал.

– А вернулся, казаче! Ну как съездил? Было ли что интересное?

– Да уж было кое-что, - ответил Игнат, - Хочу спросить, не знаете ли Вы историю про казака, который убил своего товарища, чтобы выменять его кровь на золото у сатаны?

Старик помолчал, посмотрел на хлопца и ответил с неохотой:

– Убитый товарищ того выродка был моим дедом.

— Воистину неисповедимы пути Господни. Если можете, расскажите эту историю.

— А что же тебе рассказать, если ты и так все сам знаешь? Да и тяжело мне такое рассказывать.

— Извините, что надоедаю Вам, но знахарь сказал, что, если не вернуть душу упыря Господу, то полковник не выздоровеет.

— И как же я могу тебе помочь?

— Может, вы знаете, где найти могилу упыря?

— На кладбище его не хоронили. Да и не похороны то были вообще. Меня тогда и на свете не было, а отец не рассказывал. Знаю только, что закопали этого нехристя, хуже собаки, и камень сверху положили. А где это было, не знаю. Но приметил я в Ведьмином яру один камень, его еще называют чертов. Может быть, это он и есть?

— А где этот яр? Покажете мне завтра?

— Показать не покажу, а как его найти, расскажу. Наши люди обходят это место десятой дорогой. Кто в него попадает, то с ним обязательно какое-нибудь несчастье случается.

На улице уже светало. Пропели первые петухи. Игнат внимательно слушал деда Петра, стараясь, не пропустить ни одного слова.

— Дорога из села уходит вправо и тянется через степь, а слева от дороги начинается роща. Так вот, если дождаться захода солнца, то в месте поворота дороги, у начала рощи можно увидеть тропинку, петляющую между деревьями. По этой дорожке можно выйти к оврагу, там и начинается Ведьмин яр. Тропинка сильно заросла, но отыскать можно. Солнце ее покажет, только тогда уж не зевай, заприметь сразу, в темноте - не найдешь.

— Спасибо, диду. Постараюсь найти.

— Эх, парень! Подумай хорошенько. Стоит ли тебе ввязываться в это дело. Тут жизнью поплатиться можно.

— Ой, Петр Опанасович! А вы думаете, что я в сражениях в игры играю? Казаку со смертью всю жизнь тягаться приходится.

— Ну как знаешь. Помоги тебе Бог.

Игнат пошел в комнату к Степану. Тот мирно спал, тихо посапывая. Головань снял саблю и когда клал ее, она ударилась об лавку. Колода по привычке подскочил, выхватив пистолет из-под кожуха, на котором лежал.

— Кто здесь? А это ты, Игнат. Когда приехал? Удачно съездил?

— Нормально. Мне надо немного поспать. Сегодня у нас с тобой будет много дел. Потом все расскажу.

Головань лег спать на топчан и сразу уснул. Степан пару раз зевнул и тоже решил, что вставать ему еще рано. Проснулись казаки, когда солнце было уже высоко. Оделись, вышли во двор. Умывались из ведра, по очереди сливая, друг другу воду. Брызгались, смеялись.

В хате стоял незатейливый завтрак: сало, хлеб, лук и молоко. Быстро перекусили и, выйдя на улицу, сели на лавку возле хаты.

— Ну, что проследил за панной?- первым спросил Игнат.

— Проследил. Только не знаю, как и рассказывать про это.

— Ну, говори как есть. Не мотай душу.

— Да…. Вот… Я и говорю…. Вот…

— Ну, что ты тянешь жилы. Говори толком.

— Ей Богу, я не виноват, Игнат. Она сама все это… Я тут ни причем.

У Голованя похолодело все внутри.

— Что она? Ты про Ингу говоришь? Что она еще сделала?

— Что значит еще? Я только про одно знаю.

— Так, все. Мое терпение кончилось. Или ты сейчас все толком расскажешь, или я за себя не ручаюсь.

— Все, все. Рассказываю. Пошел я за ней следить. За весь день панна только к жене сотника и сходила, а так остальное время дома сидела. А вот вечером…

— Ты опять за свое?

— Нет, нет. Продолжаю: уже стемнело. Я сижу в засаде, притаился. Смотрю, выходит Инга и айда через огороды к реке. Иду за ней. Подошла она к заводи и остановилась у воды. Я затаился за кустами и не дышу почти. Ну, думаю, что-то сейчас будет. Не просто же она по ночам к реке ходит. Вдруг пана сбросила платье и бультых в воду. Я, аж, обомлел.