— Понятно.

Лео отпил кофе и задумчиво поджал губы.

— Я тебе говорил, какая у Kaгa чаще всего реакция на женщин, — напомнил он. — Он бежит. И с самого Рождества силится убежать от тебя.

Ее взгляд был откровеннее любых слов.

— В самом деле?

— А как же! Он хочет спровадить тебя в училище, чтобы убрать с глаз искушение. Но одновременно

хочет, чтобы ты все-таки осталась на ранчо, пока учишься. А то вдруг ты там повстречаешь красивых холостяков. Думаю, он намерен спасать тебя от этого.

Тэсс была в явной растерянности.

— Он говорил, — рассказывал Лео, — что нельзя бросать тебя на произвол потенциальных совратителей, что мы должны защищать тебя.

Она не знала, смеяться ей или плакать. Лео остановил ее жестом, когда она хотела заговорить.

— Он считает, что тебе надо ездить на занятия из дома.

— Но ведь он же не хочет, чтобы я осталась на ранчо, неужели не ясно? — Тэсс запустила пальцы в волосы. — И его вечно нет дома. И, оказывается, все это, чтобы не видеть меня!

— А с чего бы ему уходить, если б ты его не волновала? — резонно задал вопрос Лео.

— И все равно, это не жизнь, — решительно заявила она. — Может, хоть в училище найдется кто-нибудь, кто не подумает, что я слишком молода.

— Просто тебя это задело, — сухо пробормотал он.

— Если б ты знал, до чего, — ответила она. — Ну его. Не могу же я до конца жизни ждать, когда он наконец передумает. Год прошел, а он совсем не изменился.

— Он перестал швыряться тортами, — заметил Лео.

— Это потому, что я перестала их печь!

Лео посмотрел на часы и скорчил гримасу.

— Я с удовольствием остался бы еще поговорить с тобой, но — опаздываю. — Он встал и улыбнулся ей. — Только не вешай носа, идет? Чует мое сердце, все уладится.

Ей так не казалось, но, прежде чем она успела открыть рот, он уже ушел.

На следующий день Лео, конечно, не смог удержаться от обсуждения кулинарных способностей дочери Брустеров. За завтраком все куда-то спешили, а обедать вообще никто не пришел. Но когда двое из троих братьев и Тэсс сели за ужин, Лео понесло.

— А эта Джейни Брустер недурна собой. Правда? — бормотал он, откусывая кусочки идеально зажаренного барбекю из курицы. — Хотя она способна вконец испортить курицу.

Каг стрельнул в него глазами, но, увидев опущенную голову Тэсс, тут же понял, куда тот гнет.

Он подцепил на вилку большой кусок курицы и медленно прожевал его.

— Она никогда не станет приличной стряпухой. Или женой, — с расстановкой добавил он. — Она все знает.

— Еще бы — окончила университет.

— По специальности “психология”, — напомнил Каг. — Каждый съеденный мной кусок подвергался анализу. — Он взглянул на Тэсс. — Вышло, что я подавляю в себе чувство собственной неадекватности, потому что держу дома гигантского змея, — доложил он с усмешкой.

Тэсс вытаращила глаза.

— Это правда?

Он кивнул.

— А еще, я не ем моркови из-за какой-то глубоко закравшейся потребности бросать вызов своей матери.

Она прикрыла рот салфеткой, стараясь не рассмеяться.

— Ты забыл рассказать о спарже, — напомнил Лео. Каг заерзал.

— Давай не будем об этом.

— Но это же просто прелесть. — Лео обратился к Тэсс. — Она сказала, что он не ест спаржи из-за ассоциации с импо…

— Заткнись! — рявкнул Каг. Лео расплылся в улыбке.

— О'кей.

Тэсс не ошиблась, Каг не дал брату договорить “импотенцией”.

Что-что, а это к Кагу отношения не имело. Тэсс могла бы кое-что сказать по этому поводу, но не осмелилась.

Она встретила взгляд сидящего напротив Kaгa, покраснела, заметив злой блеск у него в глазах, и чуть не расплескала кофе.

Лео наблюдал за этим представлением. Этих двоих связывала какая-то сокровенная радость, и их старания ничем не выдать свое чувство были трогательны и забавны.

— Мне надо заняться накопившимися за неделю бумагами, — спустя минуту сказал Каг и встал.

— Но я приготовила десерт, — отозвалась Тэсс. Он с удивлением обернулся.

— Ты же знаешь, я не ем десертов.

Она заговорщически улыбнулась.

— Тебе понравится. Это нетипичный десерт.

Он подставил стул к столу.

— Ну ладно. Но тебе придется принести его мне в кабинет. И кофе, можно?

— Конечно.

Лео положил на стол салфетку.

— Давай, ты займись сложными делами, а я пройдусь до бара “Шейз”, попробую разыскать там Билли Тэлфорда. Он клятвенно заверил меня, что поставит цену на этом сейлерском быке, которого мы хотим приобрести. Он все оттягивал, надеясь, что Тремейны дадут больше.