— Какого типа жучки?

— Любые, которые позволяют нас слушать.

— Ты думаешь, они пользуются техникой, ma petite?

— Я не верю, что какой-нибудь вампир мог бы за нами вот так шпионить, чтобы мы не ощутили.

— Они очень сильны, ma petite.

— Они же, мать их так, призраки, рыбонька.

— Ладно, пусть призраки, но вреда не будет поискать технику. Если все чисто, тогда будем говорить насчет призраков, а пока что проверим на жучки.

Жан-Клод посмотрел на меня долгим взглядом, потом кивнул.

— Интересно выйдет, если они действительно используют подслушивающие устройства.

— Вы тогда в Лондоне жучки искали? — спросил Натэниел.

Байрон и Реквием переглянулись, потом оба покачали головой.

— Ласточки мои, нам это в голову не пришло. Эти же чертовы… — Байрон замолчал и облизал губы, не назвав слова — на всякий случай. — Они призраки, ужасы, ходячий кошмар. Как-то странно ожидать от ужаса использования современной техники.

— Вот именно, — сказала я.

— Что ты хочешь этим сказать? — спросил он.

— То, что вампиры техникой не пользуются. Если эти ребята ее широко применяют, это кажется магией — если не знать, в чем тут дело.

— Достаточно передовая техника неотличима от магии, — заметил Реквием.

Я кивнула.

Он посмотрел на меня пристально:

— Вечерняя звезда моя, ты полна сюрпризов.

— Я просто думаю иначе, чем вампиры.

— У Рафаэля есть специалист по очистке от таких устройств, которому он доверяет? — спросил Жан-Клод.

— Да, — ответил Лизандро.

— Тогда сделайте это.

— Когда это нужно?

— О том, что хотели бы с ними встретиться, мы говорили минуту назад, и тут же появилась маска.

— То есть надо типа вчера?

— Или чуть быстрее, — ответила я.

Он кивнул:

— Я сейчас позвоню. — У двери он задержался. — Сейчас только поставлю кого-нибудь к двери и позвоню не из клуба.

— Отлично мыслишь.

— Работа такая.

И он вышел.

— Это куда поставить? — спросил Клей, поведя коробкой из стороны в сторону.

— Вон на тот стол, где еще одна такая же.

Клей положил коробку рядом с первой. Кажется, Жан-Клоду не хотелось ее трогать. Так что открыла ее я и встретилась взглядом с незрячими глазами маски. Эта была отделана тщательнее, и золотые ноты украшали ее лицо. Я потрогала одну — ноты были приподняты над тканью маски. А в записке было сказано: «Как ты просил».

— Внутри маски письмена есть? — спросил Жан-Клод.

Я подняла маску с оберточной бумаги — внутри, на гладком изгибе было что-то написано.

— Не читай этого вслух, ma petite.

Я и не стала — просто протянула маску ему. Там было написано «Цирк Проклятых», и дата — послезавтрашняя. Она была записана так: сперва число, потом месяц, потом год, как в Европе пишут. И для встречи было выбрано одно из заведений Жан-Клода. Это хорошо или плохо? Или никак? Значит ли это, что у нас будет преимущество своего поля, или же что они собираются наше заведение предать огню? Я хотела спросить, но не хотела, чтобы вопрос услышал противник. Если в этом кабинете найдем жучки, смотреть придется всюду. Во всех комнатах, по всем заведениям, у меня дома — ну всюду.

Я молила бога, чтобы это оказались жучки, потому что альтернатива была одна: эти вампиры настолько искусны, что всаживают сверхъестественных жучков нам в мозги. А тогда нас уже поставили раком, считай. Мы будем мертвы, если они захотят, чтобы мы были мертвы, или останемся живы, но решать это будут они, а не мы. Никогда не думала, что буду так мечтать обнаружить жучков в наших офисах. Странно иногда, что оказывается меньшим злом.

Уже настал рассвет и вампиры мирно спали в гробах, когда я наконец выкроила несколько минут, чтобы снова позвонить Эдуарду. Я звонила дважды, когда эксперты Лизандро все проверили. Они нашли жучки, но не нашли, откуда слушали. Потом несколько часов работы — и помещения стали чисты. Нам на самом деле повезло — это не были мельчайшие жучки самой передовой технологии. А значит, слушающие должны были находиться вблизи клуба. Как предположили эксперты, в фургоне каком-нибудь. Хорошая техника, но не последний писк. А это наводило на мысль, что Арлекин не умеет взламывать телефонные линии и компьютерные сети. Вероятно, не умеет. Но даже те подслушивающие устройства, что мы нашли, — достаточно высокие технологии для кодлы древних вампиров. И наводило на мысль о том, какие еще чудеса современной техники они захотят использовать. Обычно вампиры полагаются только на вампирские силы, но я уже не была уверена, что вампирам Арлекина это свойственно. То есть я была уверена, что нет. Древние вампиры, вооруженные современной техникой. Ну, это уже просто нечестно так.

Я хотела уравнять эти шансы и потому сейчас сидела с сотовым в ванной Жан-Клода, в последний раз пытаясь дозвониться до Эдуарда.

Набрала номер и чуть уже не бросила звонить, когда услышала щелчок и хриплый спросонья голос. Я сперва подумала, что это Эдуард, потому так и спросила:

— Эдуард?

На том конце человек прокашлялся:

— Анита, ты?

Голос мужской, но определенно не Эдуард. Черт, прокололась.

Эдуард помолвлен с одной вдовой, матерью двоих детей. И последнее время, когда я точно хотела его застать, то сперва звонила ей, а не ему. Они еще не жили вместе официально, но у нее он проводил времени больше, чем у себя.