Наш герой сел в кровати. Подождал - от слабости закружилась голова. Раздетый. Наверняка - Николай. Спохватившись, схватился за бусы. На месте. Постой-постой. А может, всё из-за них? И та сила исцеления и теперешняя слабость. Отклеив пластырь, отмотал и снял с себя загадочное украшение. Сразу стало легче. Одеваясь, Максим пытался более тщательно продумать всю эту историю. Значит, тогда, когда было солнце, я подзаряжался, и всё шло своим путём. Потом… потом солнца не стало, а я продолжал. И ничего. И вечером. И ночью. А когда закончилось - вырубился. Это что, конденсатор какой-то? Вот так мощно отдаёт энергию, пока не закончишь, а потом вот так забирает? Ну и бусики, однако! Ладно, жрите. Надо терпеть. Он вновь обернул их вокруг руки, и показалось, что камешки прижались к коже, но не как пиявки, а как какие голодные зверюшки к своей маме.

–  Я же сказал, «берите», - улыбнулся Максим, одеваясь.
– Но только и меру знайте. Оставляйте немного и кормильцу.

Вроде, договорились, и Максим вышел в столовую довольно бойко. И тут же попал в мощные, до борцовских, объятия Николая.

–  Ну, ты молоток! Всё! За стол! За стол! Тебе сейчас что можно? Я тут и салатиков сообразил, и бульончика. Хотя, помню, ты там, говорил, сколько? Дней десять не ел, а потом наворачивал? Вот, рыбец исключительно полезный! И давай-таки коньячку ради такого случая. Нет? А я вот терпел. Один. Вон, Тонька раньше хоть пивко за компанию. А теперь - ни выпить, ни покурить…

–  Не в тему, Коля. Каждому- своё, - покраснела Антонина.

–  Это да. Просто… Не верил. До последнего - не верил. Врачи тоже смотрят типа «обкурился?». Никак не хотели всю эту мерзость снимать. Пока главврачу не сунул. Ну тот тогда и сказал, чтобы как бы моим прихотям навстречу пошли. Снять, аккуратно обследовать и новое всё это наложить. Как же. Ты бы посмотрел, что было, когда Тоня встала и так сла-а-а-денько потянулась! Ну, начала она одеваться, а эта вся хевра за неё - «обследовать!». Я говорю: «Отвалите, а то в суд обращусь, что здоровую девушку в гипс заковали»! Главврач просёк быстро - отпустил. Только и выпросил, чтобы рентген провели и так, внешне осмотрели. А чё, не повредит. Прибыли мы не радостях, а тут новая забота - ты в бессознанке. Думали, теперь тебя в больницу. Но решили подождать. Ну, а теперь можно отвязаться по полной программе!

Не ожидая никаких возражений счастливый брат выпил солидную рюмаху коньяка, занюхал лимоном.

–  Ты давай, ешь, не смотри на него - улыбалась, накладывая салатов в тарелку юноши, Тоня. Да и бусинки на руке, казалось, шептали «Ешь!». Впрочем, а чего уговаривать - то? Голодный ведь на самом деле!

Насытившись, все трое перебрались в «каминный зал» - довольно просторную комнату с телевизором, креслами, обширным диваном, ковром на полу и, действительно, камином.

–  Ну, теперь о деле, - начал разговор хозяин, затягиваясь сигарой. Именно так, не «смакуя мелкими глоточками», а затягиваясь, словно какой лёгенькой сигареткой.
– Я обещал по исходу гм… лечения… В общем, чего желаешь?

–  Да - да, отвечай, чего ты желаешь?
– заглянула глубоко ему в глаза девушка.

–  Ты, малая, не встревай в серьёзный разговор, - насупился брат.
– И вообще, выйди.
– Разговор у нас мужской.

–  Но…

–  Выдь, я сказал!
– загремел Николай.

Девушка, повела плечом, но подчинилась.

–  Совсем дитё!
– вздохнул братец.
– А?
– взглянул он на Максима.

–  Да, конечно, - улыбаясь, согласился юноша.

–  Хорошо, что мы друг друга понимаем. Она сумасбродка ещё та. Но если заставить её задуматься… быстро остывает. Ты спас ей жизнь. Даже дважды. Калечить же теперь не будешь, правда?

–  Да… конечно…

–  Не, ты не обижайся. Я же… Да и тебе-то зачем? Если что… я тебя с такими познакомлю… А моя птаха… ну, понимаешь?

–  Ай, да понимаю я всё! Лишний разговор.

–  Ну и лады, - отдуваясь, заулыбался Николай.
– А то я думал, начнёшь… всё, проехали. Давай, действительно, чего желаешь? В чём нуждаешься?

–  Задержался я у вас. Отвези меня на вокзал. Сейчас же.

–  Обиделся - таки. Что, вернёмся к теме? Да посмотри ты на неё!

–  «И посмотри на себя»? Не надо. Понимаю.

–  Я тебе толкую, что она ещё дитё, дитё горькое, а ты мне что базаришь? Да даже если бы ты был красавец писаный, что с того? Отношений у вас серьёзных быть не может, а так, потрахаться - никому не позволю! И без неё малолетних шлюшек хватает. А она - чистая, добрая. Ты же уедешь, опять по своим делам пропадёшь, а она что - опять в окно? Я, наоборот, тебя просить хотел, как бы аккуратненько её… от тебя… Ну, допетрил, наконец?

–  Да, понял.

–  Ну, тогда извиняй за резкость. Говорил, как мужик с мужиком. Теперь продолжим - что я могу для тебя сделать?

–  Но мне действительно надо ехать!

–  Ладно. Куда, если не секрет?

Выслушав ответ, Николай на секунду призадумался.

–  Но там же курорты недалеко? Вот это пруха! Едем вместе! Малая как раз здоровье поправит, а я тебе, может, на что сгожусь?

–  Я бы всё- таки хотел поездом…

–  Ну, не выкоблучивайся, а? Поедем! Увидишь, на тачке всё решается быстрее. Замётано! А что ещё?

–  У тебя там, внизу банька? Давай попаримся!

–  С веничками! А потом - в джакузьку! А потом пивка! А потом - массажисток, а?
– восторженно согласился хозяин.
– Японских! Или индийских?