Шрифт:
– Юрий Владимирович, я, наверное… не смогу… - уже командирском кунге, оставшись вдвоём, начал Максим.
– Ты толком объясни. И не волнуйся. Никто, кроме меня, конечно, ничего и не ожидал. Ты вообще, как оттуда…?
– А, ерунда. Я сквозь всё прохожу. Хоть вниз, хоть в стороны. Только вот одежда остаётся. Вот я вниз и… В общем нашёл всё, что надо.
– Круто. Вот так взял и сквозь бетон? Да тебе цены нет! Это что, в любой бункер? А сквозь там, скалу?
– недослушал восхищённый полковник.
– Сквозь всё. Но я не об этом.
– Да- да, конечно. Ты подожди, дай сосредоточится. Что же ты раньше не говорил? И что же, вот так под землёй взял и пошёл? Знаешь, есть у меня одна задумка. Да нет, почему одна? Это же ни одна гм…гм… не укроется, да? Сможем каждого за это самое - и на солнышко?
– восторгался перспективами Юрий Владимирович.
– Да не об этом я сейчас! Понимаете, я не смог. Не смог сегодня… убить. Зла не было. Не могу. Вот так по заказу, не знаючи. Ну… ну не пистолет я. Вы направили, нажали курок, а я только - бабах. Понимаете? Я - не орудие! Я - человек! Это я, я прочувствовать должен! Ладно бы - Шакала. Знаю. Ненавижу. И то… И то… Ведь Он не убивал, а?
– Мммда. Понимаю. Не учёл. Всё- таки - цивильный… Ладно… Поешь, потом пойдём, кое- что покажу.
– А тренинг?
– С таким настроением? Нет. Отложим. Ешь!
– Не хочется.
– Это потом не захочется. Давай.
Показанные записи расправ террористов леденили кровь. Не случайно они так и не были показаны «широкой общественности».
– А вот это - убивают жену нашего майора. Видел, какой он теперь. Нет! Не отворачиваться! А вот это… О, чёрт! Ну-ка быстро быстро из кунга!
Бедный юноша, давясь дурнотой, всё же успел вырваться на свежий воздух.
– Пойдём смотреть дальше?
– спросил полковник, когда Максиму полегчало.
– Да. Нет… Я всё понял. Кто он?
– Пойдём, покажу.
– Нет! не хочу!!! Я к себе.
Максим устроился в своём кунге, выключил свет и решил заснуть. Не удалось. В сознании стояли увиденные жертвы. Только теперь - их глаза. Полные ужаса, предсмертной тоски и обращённой в камеру немой мольбы о помощи. Максиму казалось, что эти молоденькие, немного старше его ребята и эти женщины кричали в камеру именно ему: «Спаси!». Нет, не так. Уже и не кричали. Уже поняли и укоряли: «Где же ты был тогда?». А где я был? Судя по титрам, купался с шахом! Миллиарды некоторым уродам зарабатывал! Потрясённый увиденным парнишка уже не вспоминал, каким способом кинули его с этим шейхом. Он уже винил только себя и теперь от жалости к погибшим и от стыда разревелся. Да, он был ещё мальчишка. Не испорченный всеобщим цинизмом, наделённый светлой способностью сопереживания мальчик. Способностью воспринимать чужое горе, может, более остро, чем собственное. Он всё же уснул, и ночью ему снились какие-то жуткие сны.
Утром он долго сидел на ступеньке лесенки, ведущей в кунг, заряжаясь восходящим зимним солнцем. Да, зима вступала в свои права.
– Ну, как ты?
– подошёл звать Максима на завтрак полковник.
– Юрий Владимирович, вы простите меня. Я готов.
Глава 29
Они шли по свежему снегу, мимо дико теперь смотрящихся на белом фоне по-летнему закамуфлированных автомобилей.
– Да чего там. Ты просто не мог знать всего. И имей в виду. После ликвидации тогда Ифрита, его, как мы говорили «здешний дублёр» вышел на связь только один раз. Тогда, в храме. Сейчас, если мы… ты… в общем, если порешаем с Феррой, то здешнему придётся…
– Как вы сказали его зовут?
– насторожился Максим.
– Ферра. А что?
– Какое-то глупое знакомое имя.
– Не знаю. Не задумывался. Не об этом сейчас.
– Да, конечно. Сегодня поедем?
– Давай, набирайся сил, - кивнул спецназовец на принесенный завтрак.
– Уже набрался!
– Ну, подумай о других. Обо мне, например, - предложил полковник, придвигая к себе тарелку.
Максим согласился и взялся за забытое на «гражданке» какао.
И, конечно, сегодня он сделал это. Даже не так, как виделось ещё вчера - не разнёс в горячую пыль Ферру и его убежище. Столь мощный импульс мог быть засечен другими союзничками в борьбе с терроризмом. Поэтому посланный Максимом импульс был как смертельный яд - минимален, но мучителен.
– Всё!
– сообщил мститель спецназовцу, принимая в той же кабинке одежду.
– Удалось? Но…
– Всё. И все. Он не один там был. И знаете где?
– Догадываюсь. Но… честно - «всё»? Просто я ожидал чего-то… ну…
– Я только что убил четверых человек. Вам надо ещё праздничный салют? Или торнадо на их голову? Я бы мог! Отсюда! А завтра бы все СМИ расписали про такой удар с этой антенны!
– Прости старого дурака! Не подумал!
– Да ладно вам, - тут же смягчился Максим, садясь в машину.
– Кроме Ферры там было ещё трое. Приближённых. В общем - все. Тут уже скрыть не удастся. Услышим.
– Вы это… серьёзно?
– подал вдруг голос их молчаливый мрачный попутчик - майор.
– Я думаю, мы это сегодня-завтра узнаем в новостях, - повернулся к майору с переднего сидения Максим.
– Там тоже солидная приёмная станция и довольно много персонала.
Он ошибся. В смысле сроков. Информация о случившемся просачивалась медленно, - афишировать себя союзнички не хотели. А здесь ещё заторопилось начальство - больше никаких отсрочек в проведении спецоперации не допускало. Только и успел Максим повисеть вечером на парашютных лямках, запоминая некоторые правила управления крылом.