Боскус пришел ко мне после того, как я успокоилась и замолчала. А произошло это примерно через полтора часа. Впрочем, я вовсе не успокаивалась, а лишь сделала вид. Я поняла, что пока беснуюсь, никто не станет со мной говорить, если вообще имеет такое намерение.

Я села на пол, обхватив руками колени и устремив взгляд прямо перед собой.

Подавив нервическую дрожь и до скрипа сжав челюсти, я стала ожидать что будет дальше. Минут через десять, во время которых я не меняла положения, открылась дверь, и на пороге возник Боскус. Он тут же щелкнул запором, предупреждая мой побег или попытку его. Подойдя ко мне ближе, он присел на корточки и будто в задумчивости скривил рот.

–  Так ты все помнишь?-спросил он.

Я не ответила, а лишь пристально, со значением, посмотрела в его глаза.

–  Ты все помнишь,-уже не спрашивая, а констатируя, вздохнул Боскус.

Я позволила себе улыбку не к месту. Мне почему-то вдруг стало весело. Выходит, я перехитрила его и их всех?

–  Ты действительно помнишь все?-снова спросил он, словно не мог никак поверить в свой промах.

В подтверждении своих слов я начала излагать:

–  Меня зовут Юлька. Прозвище - Лиса. Вам это известно? Я никогда не была даже в настоящем Риме, а тем более в древнем. Я круглая сирота. Мои родители, как говорили мне, погибли в авиакатастрофе. Хотя, возможно, это выдумка. Я склонна считать, что моя мать просто бросила меня в роддоме. Сколько я себя помню, я все время жила в детском доме. Потом я научилась воровать. Ты должен был стать очередной моей жертвой, но мы, кажется, поменялись местами.

–  И что же ты хочешь?-спросил он таким тоном, что я сразу поняла: чего бы я не хотела, исполнять он это не собирался.

Я решила несколько поубавить спесь, поскольку поняла, что строптивостью точно ничего не добьюсь.

–  Отпустите меня домой, пожалуйста,-попросила я тихо и смиренно.

–  Это невозможно. Мы никого не отвозим обратно.

На другой ответ я и не рассчитывала, но все же решила уточнить:

–  Почему?

–  Ты видела, сколько здесь людей? Почему мы должны делать исключение именно ради тебя?

–  Но ведь с ними у вас проблем не возникало?

–  Ты не уникум, не надейся. И с этим мы справимся, поверь.

–  Тогда расскажите хоть, для чего вы внушали мне, что я знатная дама из Древнего Рима?

Боскусу надоело видимо сидеть на корточках. Он встал и присел на круглый табурет, стоявший у моей кровати. Я осталась на полу, лишь подняв на него глаза. Он, судя по всему, сомневался, стоит ли мне рассказывать хоть что-нибудь, и я решила помочь ему:

–  Вы ведь меня все равно убьете, и тогда уж я точно ничего не вспомню.

–  Мы не собираемся убивать тебя!-удивленно и одновременно гневно произнес он.-Если бы в этом была необходимость, это можно было сделать и на Земле.

–  Только не начинайте снова бредить,-саркастически возразила я.

–  Ты должна уже была догадаться,-сказал Боскус с такой серьезностью, что мне стало страшно.

–  И я должна верить вам после того, как вы пытались внушить мне, что у меня есть большой дом и множество рабов?-сказала я, чтоб сразу разуверить себя в только что возникшем нелепом предположении.

–  Не самая плохая доля,-с иронией заметил мой визави.-Не каждый день нам удается пристраивать своих подопечных в хорошее место. А тебе повезло. Тебя не только зовут так же, как погибшую дочь Солона, но ты и похожа на нее. А поскольку о ее смерти никто не узнал (она отправилась со своей кормилицей на учебу на остров Боле, и корабль их затонул), мы легко бы заменили тебя. Тем более отец ее умер, а домочадцы и друзья Солона вряд ли бы заподозрили неладное, ведь с тех пор уже три года минуло. Девушка могла измениться и все такое. Волосы только отрастить тебе нужно. Здесь с короткой стрижкой ходят только провинившиеся рабыни. Для знатной женщины это позор.

Он замолчал и без малейшего следа безумия в глазах посмотрел на меня. Я больше не удивлялась, слыша подобное не впервые.

–  К чему все это? А завтра вы скажете мне, что на самом деле я Клеопатра, или мой папа Навуходоносор, и я, наверное, и в это должна буду поверить?-задала я вопрос и, по продолжительному молчанию поняв, что он стал риторическим, спросила о другом:-Что со мной будет дальше?

–  Скорее всего, твоя память снова будет стерта. Вернее сказать, будет такая попытка. Но сначала нам нужно изучить тебя и понять, почему вышел прокол. Чем-то ты видимо отличаешься от остальных.

–  Я не хочу, чтоб меня изучали.

–  Кому хочется быть подопытным кроликом.

–  Почему бы вам просто не отпустить меня?

–  Я же говорю: это невозможно.

–  Потому что на сегодня нет рейса до Земли?-грустно усмехнулась я.

–  В том числе,-совершенно серьезно промолвил Боскус.

–  А если я сбегу?

–  Это почти невозможно.

–  Ты сказал "почти"?

–  На самом деле возможно все. Да к тому же..,-он прищурился ехидно и сложил руки на груди, выражая этим полную свою правоту и контроль над ситуацией.