–  Но Солон был на хорошем счету у консула. Ты ни в чем не нуждалась и не будешь нуждаться. К тому же с таким приданым ты - завидная невеста. На сколько я знаю, у тебя уже есть и жених - ближайший друг твоего бедного отца Марк Сагдор.

–  В самом деле?- весьма удивилась я.

Меня уже начинал разбирать смех. И в то же время я категорически не могла понять, зачем они внушают мне это. Для какой такой корысти может понадобиться подобная чушь?

–  Но прежде чем уйти домой, ты должна пройти курс реабилитации,-предупредила меня Эл.-Вспомнить или заново выучить свой родной язык, ознакомиться с законами и нормами гражданской жизни и… отрастить волосы. Ты должна выйти отсюда такой, какой была до того, как потеряла память.

–  А какой мой родной язык?-не поняла я.-На каком же я сейчас говорю?

Интересно, что они придумают.

–  Этот язык остался в твоем сознании как некий архетип. А твой родной - цезарийский. Ты должна будешь его вспомнить.

Что за бред? Может быть, я попала в дурдом и вокруг меня сумасшедшие? Да, точно.

Это, несомненно, так. И как только я встречусь с настоящим доктором, я все ему расскажу. А этим буйнопомешанным лучше ничего не говорить. Пусть думают, что я - гражданка Рима, царица Сафская или алжирский дей, только бы не трогали меня.

–  Отдохни еще,-обратился ко мне Боскус.-С завтрашнего дня начинаются занятия.

Чем скорее, ты все вспомнишь, тем скорее окажешься дома.

Я кивнула. А они взяли и дружно вышли за дверь. Щелкнул запор. Я осталась одна.

Если они сумасшедшие, то почему спокойно разгуливают? Да где же я?! Что это за место? Кто эти люди? Тут я внезапно вспомнила о том, что говорил мне Боскус перед тем, как я отключилась. Он нес какую-то околесицу про другую планету. И после этого они нормальные? Они - сеятели… Так это секта! Ну, конечно! Нужно бежать отсюда. И как можно быстрей.

Я вскочила с постели и обнаружила, что совершенно голая. Проклятье! Где теперь моя одежда? Окон здесь не было. Я не имела понятия, где нахожусь и что мне делать. Я обмоталась простыней и стала расхаживать по палате в поисках чего-нибудь металлического и острого. Как назло все предметы, предназначения которых я не знала, ни коим образом не подходили для отмычки. Но вдруг я ощутила нечто тревожащее: по спине пробежали мурашки. Я внезапно почувствовала внимательный взгляд наблюдателя. Я всегда чуяла, когда на меня смотрят исподтишка. Даже и не разглядывая комнату, я тут же догадалась, что где-то притаилась камера. Как вести себя? Кто те, кто наблюдают за мной сейчас? Если это не сумасшедший дом, не больница и не секретная лаборатория, проводящая эксперименты над людьми, то что же?

Я уселась на кушетку и просто стала ждать. Моя нелегкая жизнь приучила меня не предаваться бурным эмоциям, все спокойно воспринимать и обдумывать, прежде чем решаться на что-то. Ситуация была не ясной. Возможно, ход, интуитивно угаданный мной в самом начале, и был единственно верным. В таком случае мне нужно пока придерживаться его. А значит, я потеряла память и искренне верю в ту чушь, что они тут мне несут. Так тому и быть…

Завтра наступило после того, как я снова проснулась. Мне принесли поесть. Еда была несколько необычной, но очень вкусной еще и потому, что у меня уже давно маковой росинки не было во рту. Кажется, это было мясо, правда на вкус незнакомое, и какие-то злаки, которые я тоже не определила. Фрукты - это точно яблоки и абрикосы, а вот напиток - черт его знает. Впрочем, мало ли на свете напитков и яств, которые я, сирота казанская, никогда не пробовала и не попробую.

Человек, приносивший мне завтрак, оставил дверь открытой. Я не сразу заметила это. Странно. Теперь меня не хотят держать взаперти? Или он просто забыл? Я было пыталась заговорить с ним, спросила, где это я нахожусь, но он удивленно посмотрел на меня и покачал головой. Я догадалась, что он не понимает моего языка.

И только я хотела, обмотавшись простыней, выглянуть за дверь, как тот же человек снова вернулся. "Наверное, вспомнил, что не запер дверь",-решила я сначала, но ошиблась. Он принес для меня одежду и, ткнув себе в грудь, произнес, видимо, свое имя:

–  Гай.

–  Очень приятно,-отозвалась я, хотя и знала, что он ничего не понял. Ну что-то же надо было ответить, и я добавила к этому, тоже хлопнув себя:-Юлия. Можно просто - Лиса.

Человек этот выглядел как мальчик, но по выражению лица я дала бы ему лет тридцать. И в то же время он не был карликом, и почти был одного роста со мной.

Он достал из кармана блокнот и принялся старательно произносить написанное там.

Только со второго чтения я догадалась, что он пытается произнести русские слова.

–  Пока можешь выйти осмотреться. Звонок позовет на занятия. За тобой придут,-удалось разобрать мне из его тарабарщины.

Я заулыбалась и закивала в ответ, мол, поняла. Он тоже криво осклабился и ушел, снова оставив открытой дверь.

Я принялась одеваться. Это была не моя одежда и вообще черт знает что. Раз они объявили меня римской гражданкой, то теперь я должна и тунику носить?! Потом-то я узнала, что то, что принес мне Гай, были туника, стола и башмаки из мягкой кожи. Но тогда я понять не могла, как это все надевать и в какой последовательности.