— Они!

Сотрясая воздух за стеной заревел, кто-то очень большой и страшный, взвизгнул и замолк ребенок, рев удаляясь стих.

Отборная брань, заглушая тихое всхлипывание, взорвала тишину.

Хакеры метнулись в большой зал и обнаружили там стонущего бородача. Он склонился над детским телом, сжимая в руке нож. Темные спутанные космы пропитались кровью, одинокий глаз пусто уставился в бесконечность. Емельян захрипел, повалился на каменный пол и, ударяя кулаками в бетон, забубнил:

— И придеши чудище, многоруко и многоглазо, и забереши с собой дитятко маленько. И буде имя ему диавол.

Второй мужчина, сидя у основания колонны, спокойно взирал на душевные муки товарища.

— Не плачь, Емеля, ты всё равно бы его не спас.

— Мальчишка умер, как настоящий воин, — произнёс он голосом человека, повидавшего сотни взрослых и детских смертей.

Заметив хакеров, он вскочил на ноги. Высвобождая руку, заведенную за спину, выставил перед собой громадный тесак. Окровавленный клинок угрожающе перемещался от крылана к Гору, пока не уперся в грудь подоспевшего Тромба.

— Что за твари? — спросил он бойца.

— Мы не враги, — прошептал тот, протягивая пустые руки.

Емельян — тот, что был старше и спокойнее — глянул в сторону хакеров, покачал головой.

— Они со мной. Люди! Не бойся, — крикнул Тромб, присматриваясь к детскому телу.

— Опоздали, — прошептал Жора.

Хакеры медленно, чтобы не пугать Емельянов, приближались к растерзанному малышу. Подойдя к окровавленным останкам вплотную, встали на колени, горестно склоняя голову.

— Вирус! — прошипел Бейрут, прикрывая сохранившие ужас последних минут жизни широко открытые глаза.

— Какой вирус? — взвизгнул Тромб, сдавливая маленькую шею громадного крылана.

— Мой вирус! — произнёс Бейрут, с трудом отбрасывая тяжёлую руку.

— Где он? И где остальные дети? — Бейрут в ожидании уставился на вздрогнувшего Емельяна.

Вдали загрохотало.

— Ушли к стене.

— Нужно идти за ними, — решительно заявил одноглазый Емельян.

Мгновение назад мычащий молитвы убогий моментально превратился в решительного и целеустремленного воина. Не дожидаясь согласия остальных и не оборачиваясь, чтобы посмотреть, следует ли кто-нибудь за ним, он быстрым шагом пересек помещение и, перемещаясь от колонны к колонне, двинулся в темноту.

— Были мы уже у стены, — заявил старший Емельян, нехотя поднимаясь.

— У стены? — зачем-то переспросил Жора.

— Стена — она только издалека стена, вблизи же сплошной туман. В какую сторону не пойдёшь, всё одно здесь выйдешь, — пояснил Емельян.

— Сетевой экран — отражает, — шепнул Бейрут.

Неожиданно воздух вокруг загустел, на секунду теряя очертания, дрогнули колоны.

Крылан хлопнул маленькими глазками, тревожно оглядываясь, запустил в стену кусок кирпича. Ничего. Те же потрескавшиеся колоны, пыль вокруг, рытвины и дырки от пуль — камень с шумом врезался в бетон и, отскочив, на мгновенье замер в воздухе, — едва заметно, что никто и не заметил.

— Ну что я вам говорил! — воскликнул Емельян.

Прямо из воздуха шагнул одноглазый Емельян, таща упирающихся и заплаканных «космических десантников».

— Зверь там! — прошептал Емельян, осеняя себя крестом.

— Лежит недвижимый, — закончил он, закатывая глаза, продолжил разговор с Богом.

Сеть содрогнулась от крика.

— Тромб! — прокричал идущий отовсюду голос Потёмкина. — Ты где?

— Я в «Тутанхамоне»! — рявкнул вынырнувший из виртуального мира Дмитрий, — и исчез в реальном.

— Там Вир, — Слова повисли в воздухе, компьютеры замигали индикаторами соединения, прощаясь с живым «внешним устройством».

— Кто-нибудь добрался до сети «Тутанхамона»? — поинтересовался профессор, оглядывая склонённых над компьютерами работников.

— Я зашел в локалку! — завопил Саша Мелехов, не отрывая взгляда от экрана.

— Вот только не могу проникнуть внутрь игрового пространства. Могу только наблюдать, — продолжал он, извиняясь.

Профессор, подойдя к молодому человеку, заглянул через плечо. На экране мелькали серые фигуры, увешанные винтовками, фантастическими лаунчерами, необычными пистолетами и другими видами непонятного, но очень впечатляющего оружия.

Закованные в обтекаемую броню космические десантники позорно бежали. Беглецы, то и дело оглядываясь, всматривались в сумрак коридоров, выхватив одну из своих угрожающих игрушек, с воплем выстреливали в темноту и мчались дальше.

Очередная вспышка на мгновение развеяла тьму, и перед изумленными зрителями предстала жуткая картина. Размазанная по экрану клякса испорченного изображения, летела над землей, разевая гигантскую пасть.

Саша дернул мышкой, меняя угол обзора и приближая изображение.