Тромб охнул: это был не участник игры. Без всякого сомнения, в тени колонны прятался человек.

Воин напрягся, собираясь покинуть свой наблюдательный пункт, чтобы броситься на помощь беззащитному существу, но в этот момент за той же колонной увидел тень второго человека, который не выглядел беспомощным. Это был охотник, затаившийся в засаде в ожидании добычи. А напарник его исключительно подходил на роль приманки, хотя мог быть и вправду сильно испуган.

Единственный глаз, высмотрев дрожащего в темноте противника, засветился. Циклоп приблизился и, вскинув руку с коротким тесаком, изготовился нанести смертельный удар.

Однако в этот момент с другой стороны колонны мелькнула быстрая тень, коротко дернула рукой — и монстр согнулся пополам. Сжимая распоротые икроножные мышцы, он пытался устоять на подкашивающихся ногах. Выпавший тесак не издал звука, так как не достиг бетонного пола. Бородатый человек, подхватив его на лету, мгновенно рванул лезвием загустевший от крика воздух, вгоняя острый клинок в открытую пасть чудовища. Вопль оборвался, едва родившись.

Мужчина потянул торчащий за спиной гиганта бластер, но, быстро осмотрев, бросил его и мгновенно исчез в темноте.

Между тем остальные участники сражения постепенно стягивались к месту неожиданной расправы.

Тромб, увлеченный наблюдением, не заметил, как на стартовый уровень вывалился небольшой металлический контейнер. Следом за ним, в сеть хлынул густой поток данных, уходящий внутрь шестиугольного хранилища.

Циклопы, очевидно, услышав вскрик умирающего товарища, разбились на пары и неторопливо двинулись к человеку. Когда первая пара поравнялась с колонной, Тромб, истошно заорав, замахал руками, стараясь привлечь внимание нападающих.

Одноглазые великаны одновременно повернулись на звук — и в тот же момент их стало на одного меньше. Обвитая пулеметными лентами багровая туша рухнула, и пока она падала, на шее второго циклопа разверзлось кровавое ущелье, вытолкнувшее мощный фонтан горячей крови.

Что-то странное было в охотнике за монстрами. Но что?

«У него не было временного лага!» — запоздало сообразил боец.

А этого не могло быть у виртуальных игроков, управляемых людьми и сидевшими за клавиатурой в реальном мире. Бородатый убийца чудовищ будто жил в этом мире и не зависел ни от скорости обработки информации, ни от реакции управляющего им человека. Он действовал мгновенно.

«Чёрт! Неужели Вирусапиенс вернулся? — подумал Тромб, спрыгивая со стены. — Не может быть! Будь Вирус здесь, он бы такое шоу устроил, что красномордые вояки и нескольких секунд не выдержали».

Стена загудела. На стартовый уровень выпали ещё два контейнера. Входящий траффик многократно возрос, лавина данных устремилась в компьютеры, сотрясая игровые площадки. Кирпичный периметр задрожал, небо озарилось цветными сполохами.

Где-то впереди, за колоннами, раздался крик, затем ещё один — и следом за ними два мощных удара сотрясли почву. «Сколько же участников игры было на этом уровне? — подумал Тромб, бросаясь к загрузочной платформе.

— Сколько угодно игроков, любая реальность, любая планета — выбор за нами, — закончил Потёмкин.

Лаборатория молчала. Научная и околонаучная братия, переварив услышанную информацию, пыталась представить нарисованную Дмитрием картину.

Возле неподвижной статуи Бейрута копошился Саша Мелехов. Закрепив на ухе хакера беспроводную телефонную гарнитуру, он испуганно оглянулся и, встретившись взглядом с профессором, виновато пожал плечами.

— Дмитрий просил соединения с сетью, и я решил, чтобы время не терять, — пробормотал он, сбился и замолк.

— Это наша разработка, — поддержал смущенного коллегу Семён Михайлов. — Нейро-компьютерный интерфейс третьего поколения. Беспроводной.

Мелехов, почувствовав поддержку, радостно отрапортовал:

— Мозговой интерфейс! Преобразует машинные коды в сигналы, затем посылает их в большие полушария. И обратно. Правда, действует только на очень близком от головы расстоянии.

— Готово! — торжественно сообщил он, в последний раз осмотрев неподвижного Бейрута.

Прошла минута — ничего не произошло. Вторая — опять ничего. Саша потянулся к уху Бейрута.

— Стой! — вскинул руку Потёмкин. Прислушиваясь, он на секунду закрыл глаза.

Мелехов замер.

— Наш друг в киберпространстве, — сообщил Дмитрий. Погружаясь в электронный мир, выглянул за пределы «Медвежьей берлоги».

— Я его вижу. Он уходит, — заговорил Потёмкин через мгновенье.

В этот момент он стал похож на проводника, бредущего в темноте и ведущего за собой толпу ничего не видящих, но зрячих путников.

— Что это? — заорал «поводырь», закрывая глаза и полностью переключаясь на виртуальный мир.