— Не успели появиться, как тут же устроили бойню, — вздохнул «чтец человеческих душ», упираясь взглядом в дрожащего паренька:

— Задыхается он! Прокатился в виртуальной подземке? И был уничтожен в Сети. Сознание мертво. Сейчас умирает тело.

— Делай же что-нибудь! — зарычал Дмитрий, прижимая затихающее тело к груди.

Погрузившись в сетевое пространство игрового клуба, он увидел остатки разорванного вирусом мальчишки. Потёмкин понял, что случилось с маленьким геймером, но путей спасения найти не мог.

— Что делать? — злобно буркнул Вир, достал откуда-то маленькую клавиатуру, что-то набил. Подумав мгновенье, утопил «Enter». Прислушался, сжимая кулаки. Сеть встала, компьютеры заурчали, выполняя очередную команду повелителя Киберпространства. — Вирус хакера сожрал большую часть разума маленького наглеца.

Потёмкин полыхнул злобой, забывая, что эмоциональные всплески могут иметь продолжение в физическом мире.

В клубе вздрогнули стены, зазвенели стекла, штора, прикрывавшая ближайшее окно, вспыхнула, пробуждая визгливого ревуна пожарной сигнализации.

— Тромб! Ты где? — заорал Дмитрий, в очередной раз погружаясь в компьютерную сеть. — Ты мне нужен!

— Я кому-то нужен? Это хорошо! — произнёс довольный боец, появляясь перед виртуальным Потёмкиным.

— Дружище, может, ты подскажешь, что делать с мальчишкой? — растерянно спросил Дмитрий.

Испуганное лицо задрожало. Казалось, он сейчас заплачет.

— Неужели ему так дорога жизнь какого-то мальчишки? — удивился появившийся неподалёку Вир. — Постороннего бестолкового человечка.

Тромб не обратил на него внимания. Он был слишком занят наблюдением за другом.

— Тактика, стратегия, сбор информации — это по мне, — перечислил он, не отрывая глаз от Потёмкина. — Убить могу, оживить нет! Я воин!

Дмитрий глубоко вздохнул, приподнял дрожащие руки.

— Давай как военный, — неожиданно согласился он.

— Мальчишку не вернуть? — пробормотал боец, размышляя. — Емельяна, который сейчас в сети, можно?

— Не пропадать же телу! — пояснил он, словно речь шла о старом ботинке.

— Прав твой напарник, прав. Там их сейчас двое, выбирайте любого. Программа переброски работает, главное, чтобы они все вместе не догадались кинуться наружу, — заявил Вирусапиенс, сжимая искривленную челюсть.

— Сильно же ты его разозлил, — прошептал Тромб, покачав головой.

Разгневанный инвалид, не обращая внимания на собеседников, вертел восьмёрки на своём кресле, пытаясь успокоиться. Наконец ему это удалось и кривое кресло исчезло. Перекинув привычный кусок серой материи через тощее плечо, он неожиданно улыбнулся.

— Баба с возу — ему же легче. Меньше ваших людей в сети, меньше проблем, — пояснил он тоном учителя первоклашек.

«Чёртов актёр!» — подумал Дмитрий и тут же вспомнил, что думать громко рядом с Вирусапиенсом «строго не рекомендуется» даже при включенном защитнике.

— Расчертили весь мир и трясётесь над соблюдением придуманных границ, — засмеялся Вир.

— В мысли не лезь! — буркнул он в сторону юноши. — Словно там что-то ценное есть и оно непременно исчезнет, если на него взглянуть. Полезное, если и родится в ваших головках, то вы сами тотчас же его всем покажете. Вот, мол, я какой умный!

Потемкину надоели разглагольствования виртуального психолога.

— Может, перейдём к делу, — недовольно проворчал он.

Спорить не хотелось.

— Мальчишки ждут! — напомнил он.

— Подождут! — парировал разошедшийся педагог, выставляя перед собой ладонь. — Что же вы прячете? Не свои ли пороки и гадкие, похотливые мыслишки? Агрессию и жажду власти? Вот чем вы делиться никогда и ни с кем не решитесь!

Потёмкин, не желая больше слушать умозаключений виртуального правдоискателя, вынырнул из сети, махнув на прощание Тромбу рукой

— Думаешь, просто их возвращать будет? — продолжил Вир, последовав за Димкой в игровой клуб.

— Главное, чтобы за периметр не просочились. Мои братья не дадут их телам погибнуть, необходимые рефлексы поддержать смогут, — бубнил он, но Дмитрий уже забыл об инциденте в сети. Слушая Вира, он вдруг понял, что тот стал не просто многословен — он стал горделиво болтлив.

Пытался поучать, разговаривая, посматривал свысока. И непонятно было, виновато ли в этом человеческое тело, в котором Вир сейчас пребывал, или потребность развивающегося разума в общении.