ждал ее.

Лесс неслышно опустилась на край высокого забора и присела на корточки, чтоб

лучше разглядеть человека. За прошедшие дни его образ почти стерся из ее памяти.

Да, и сверху он выглядел иначе, чем тогда: поднятый воротник куртки, сутулость и

воспаление гайморовых пазух. Человек все эти дни дежурил на улице в надежде

встретить Варн вновь?

Вадим настороженно замер, перестав мерить шагами ширину и длину дороги. Он

почувствовал присутствие Варн, но не видел ее.

— Ты здесь? — спросил несмело. Голос гнусавый, простуженный. Наверное, на

улице очень холодно.

— Я чувствую тебя…Покажись, давай поговорим.

Лесс села на забор, свесив ноги, и заинтересованно смотрела на Вадима: о чем

человек хочет говорить с Варн? Он в своем уме? Может, стоит ему ответить, чтоб

он понял опасность своей задумки? Или не тратить на него время? Все равно он

сильнее ее, и она не сможет взять его нектар, да и не нужен он — не на раз

использованный, не на раз пополненный.

— Где ты? У меня серьезный разговор к тебе.

— О чем? Что ты хочешь, человек?

Мужчина, как не был готов к встрече, все ж вздрогнул, услышав завораживающий

голос Варн. Ему понадобилось немало сил и времени, чтоб стряхнуть с себя гиблое

очарование голоса, очнуться. Лесс тем временем спустилась вниз и зависла над

асфальтом в паре метров от глупого рекрута ВПВ. И в его расширенных от страха

зрачках прочла как в открытой книге все мысли человека:

— Ты хочешь знать, что будет с твоей подружкой?

— Да. Я не причиню тебе вреда и хочу стать другом в ответ…

— Другом? — рассмеялась Лесс, — барсук не сможет подружиться с белым китом.

Меж ними океан различий.

— Из любого правила есть исключение. Почему бы не попробовать к обоюдной выгоде?

— В чем твоя выгода, я вижу, но не улавливаю в чем моя?

— Я связан с секретным отделом и многое знаю.

— Например?

Мужчина замялся: а что он действительно может предложить?

— Идут исследования….

— Цель?

— Понять, что вы представляете из себя, как вас уничтожать, как против вас

бороться. Вы вторгаетесь в сферу человеческого господства. Возможно, для

предотвращения экспансии вас просто вырежут, всю популяцию.

— Очередная фантазия убогих человечков, возомнивших себя богами, — рассмеялась

вновь Лесс. — Ничего значимого ты мне не сообщил. Ни единой новости. Вы вообще

ничего не знаете о нас.

— Это пока. Расскажи обо мне вашему главному. Возможно, он более благоразумен и

дальновиден, чем ты, и поймет, что иметь своего человека в секретном отделе

выгодно. Если ему понадобится информация по конкретной теме, я постараюсь ее

получить.

Лесс потянула воздух — ложь имеет своеобразный оттенок запаха, тонкий, уловимый

лишь расой бессмертных, живущих вне времени и пространства.

Мужчина не солгал — в воздухе витал запах его страха и неуверенности, но ложь

отсутствовала.

Лесс в раздумье покрутилась вокруг Вадима и, наконец, кивнула:

— Передам…А насчет подружки: она проснется через сутки абсолютно здоровой, но

ничего не будет помнить о том, что случилось

Варн потеряла интерес к человечку и взмыла вверх. Ветер донес до нее и иной

запах, более привлекательный и заманчивый — аромат нектара. Он был близко и в

большом количестве. Молодежь группами выходила из развлекательного центра,

разбредалась по городу, теряясь в темноте. Лесс облизнулась, не зная с кого

начать, огляделась и приметила отставших, идущих отдельно от больших групп.

По улице не спеша шли две девушки лет шестнадцати и громко что-то обсуждали. До

Лесс доносились обрывки фраз, но они не интересовали ее и потому не складывались,