Подлетаю поближе, и меня накрывает агрессией.

Чудовищная волна звериной ярости, жажды рвать и убивать.

То, что я вначале принял за деревья или шланги, медленно поднялось над землёй, согнувшись посередине, передвинуло себя вперёд и с гулом опустилось, приминая траву. Я успел заприметить уродливую ступню с тремя растопыренными когтями.

К нам шагала здоровенная хрень на шести сегментированных лапах.

Поднявшись выше, я нырнул в покров туч, пролетел его насквозь и поднялся в чистое небо. Грозофой фронт теперь находился прямо подо мной, примерно в двухстах метрах. И в этой клубящейся каше явно очерчивался корпус твари, с которой я доселе не встречался. Вытянутый мускулистый торс, покрытый непонятными костяными наростами, отростки-щупальца, извивающиеся по бокам, но надёжно укрытые тучами, абрис головы с распахнутой пастью.

Пасть монстра светилась льдисто-голубым.

Зубы — плотный частокол, как у пираньи.

Раздвоенный язык рептилии.

А хуже всего то, что хищник мерцал — его окутывало полупрозрачное защитное поле. И ещё: под кожей изредка пробегали световые дорожки, а потом в разные стороны били разряды.

Вне всяких сомнений, это было Порождение Хаоса.

Картинку я сразу перебросил Маше.

Рост, что это?

В вопросе прозвучал испуг.

А сама как думаешь?

Монстр. Но я таких никогда не видела! Из какого Разлома ТАКОЕ может вылезти?

Я не думаю, что ОНО вылезло из Разлома, Маш. Это Порождение Хаоса. Тварь родилась здесь, в Пустоши. Организуй трансляцию, поднимай всех. Полная боеготовность.

Принято.

Я тут же открыл глаза.

— Собирайся, Вжух.

— Куда? — недовольно пробурчал питомец.

— На войну.

Я тут же поделился с котоморфом событиями последних минут. Вжух отложил блокнот с ручкой, его морда сделалась очень серьёзной и чуточку агрессивной.

— И что может сделать скромный кот против такой… жути?

Так.

— Вжух, — вкрадчиво поинтересовался. — Ты боишься?

— Немного очкую, — признался кот. — Но если ты дашь подробные инструкции…

— Под руку не лезь, — хмыкнул я. — И следи, чтобы другие монстры не зашли ко мне со спины. Я сражаюсь, ты прикрываешь. Вот и вся схема.

— Говно вопрос, — обрадовался питомец. — Положись на меня, дружище.

Не успел я выйти из каюты, как в голове раздался голос отца Валерия:

Рост, что это за хрень такая?

Без понятия. Я иду на битву, вы следите за обстановкой. Отстреливайте более мелких монстров, если они появятся.

Тут это… Бронислав следит за показаниями радара. Говорит, с севера и юга приближается много движущихся объектов.

Насколько много?

Сотни.

Наземных?

Воздушных. И наземные второй волной.

Ну, удачи. Я займусь главным боссом.

Выбравшись на верхнюю палубу, я сразу накинул доспех. Непогода разбушевалась на полную катушку — дул сильный ветер, обычный косой дождь превратился в ливень.

Вдалеке громыхнуло.

Я сразу почуял неладное. На горизонте очертилась мрачная фигура твари, перебирающая ножками-спичками и генерирующая электрическую энергию. Окрестности озарялись вспышками молний.

Жахнули зенитки.

Орудийные башни вращались, выплёвывая в небо бронебойно-трассирующие снаряды. Хотя нет. Командиры расчётов выбрали крупнокалиберные патроны. Значит, нам противостоят…

Птерхи.

Мечущиеся в небесах силуэты, разрываемые на части нашей артиллерией, не оставляли сомнений. Против нас брошена крупная стая электрических птерхов. Есть и такие, ага.

Способность Хаоса контролировать свои Порождения на любых дистанциях — это что-то с чем-то. Меня этот навык всегда искренне восхищал. Твари, направленные по моему следу, действуют автономно, но приказ намертво засел в их примитивных мозгах. И ослушаться хозяина никто не смеет.

Бортовая артиллерия дала очередной залп.

Я с удивлением понял, что в игру вступили тяжёлые орудия, бьющие по наземным целям. Значит, птерхи нападают не одни — к ним присоединились сухопутные хищники.

Канонада заглушала несмолкаемый шум дождя и громовые раскаты, так что я усилил доспех в области ушей. Пока эти органы чувств для меня не являются определяющими.

Раскинув над головой руки, я начал плести вязь.

Очень сложную и энергозатратную, но жизненно необходимую.