Юрий решил внедрить озеленение городов и закладку городских парков. Начал с Феодосии, где вдоль дорог были высажены аллеи из разных деревьев, отделяя тротуары от дороги. После совещания, где активное участие приняли и его жены, решили сажать кипарис (на узких улочках), ивы, дикую вишню, бобовик (золотой дождь), клён и его разновидности, пихту и берёзу. Для жён Юрий подкинул идею городского и ботанического сада, за которую они дружно уцепились.

Вслед за Феодосией мода на озеленение городов распространилась по всему княжеству, не везде ширина улиц позволяла это сделать, да и не принято было разделять дорогу на тротуары и проезжую часть, поэтому в первую очередь возникали городские парки и скверы. Кроме чисто эстетической функции высадка деревьев несла несколько хозяйственных функций. Во-первых, в жару передвигаться в тени деревьев намного приятней, но до этого ждать лет пять минимум, во-вторых, при осаде города деревья можно использовать для различных целей, ну, и в-третьих, корневая система деревьев укрепляла почву, значит при ливне, что здесь не редкость, не будет непролазной грязи в городе.

Но сейчас не об этом. Три корабля класса «Пегас» и два десантных корабля типа «Святогор», созданные коллективными усилиями, готовились к отплытию. Десантник получился похожим на венецианский неф в период расцвета республики. Основной, но не единственной его положительной чертой была возможность одновременно перевозить 1500 человек. Вообще корабль получился необычным для своего времени. Около тридцати метров в длину, при 8-10 в ширину, с водоизмещением порядка 600 тонн и осадкой при полной загрузке на уровне трёх метров. На фок-мачте устанавливался прямоугольный парус, аналогичное решение было и на грот-мачте. Скошенный тип парусов, латинские, оборудовались на бизань-мачте и втором гроте, что позволяло сравнительно просто удерживаться на курсе при крутом угле к ветру.

Юрий давно планировал эту экспедицию, собираясь прибрать к рукам две крепости Кеверган (Анапа) и Цемес (Новороссийск). Построенные то ли греками, то ли римлянами сейчас они находились в подвешенном состоянии, попадая под влияние то касогов, то черкесов. После недавнего столкновения с касогами у них случилась замятна, внутренние разборки, и на некоторое время, а, возможно, навсегда их можно было не учитывать в местных раскладах.

Вот с черкесами Юрий пытался наладить торговые отношения, но безуспешно. Поэтому свой план по торговой экспансии пришлось отложить на неопределённое время. Но случилось так, что черкесы зарубились с ясами, кровная вражда стала тому причиной или какие-то другие мотивы, Юрий не знал, хотя и дал своему начальнику разведки задание разузнать всё. Но ясы были союзниками как Византии, так и его княжества, поэтому на просьбу помочь Юрий откликнулся, если не с радостью, то охотно, тем более дело ожидалось прибыльным.

20 августа 1186 года

Мцхета

Есть люди, которыми мы болеем… Люди, которые по велению случая или Рока, становятся нашей усладой и нашей болью. Люди, по которым мы оцениваем себя. У нас может не быть с этими людьми ничего в телесном плане, мы их можем практически не знать, но каждый их поступок нас ранит или непомерно радует.

Таким человеком для Тамар стал её несостоявшийся муж – Юрий. Возможно, изначально Тамар сравнивала себя с ним из-за похожести ситуации, в которой они оказались. Оба остались без поддержки родителей. У обоих возникли сложности по вступлению в отцовское наследство. Даже враги у обоих их дядьки - у неё отцовский сводный брат Баграт, у Юрия брат отца Всеволод. Несмотря ни на что следует признать, что стартовые условия у неё были намного лучше, чем у Юрия, а вот результат хуже. Юрий за год смог возродить Тмутараканское княжество, и так поразить других русских князей, что они признали его право на этот престол. Самой же Тамар похвастать пока особо нечем: привести под свою руку аланов не получилось, царь Кинтал жестко подавил признаки недовольства. Из претендентов на аланский престол в живых остались она, как внучка царя Худана и Давид Сослани.

А начиналось всё очень благоприятно, на свою сторону посулами и богатыми дарами удалось привлечь черкесских и дурдзукских князей и многие рода восточных осов. Получалось, что верные эксусиократу рода оказывались между двух жерновов. Византия была занята, сцепившись в грандиозной битве с арабами, и лучшие войска алан были отправлены на помощь императору.

Но тут снова вмешался Юрий, быстрым налётом он захватил две важные крепости Кеверган и Цемес, а его легкая конница не вступая в генеральные сражения, всё время жалила черкесов в самых неожиданных местах. К тому же зихи подержали Юрия, и всё черноморское побережье от Цемеса до Абаты (Гагры) запылало. Во многом это было связано с тем, что о князе хорошо отзывалась крупная зихская община в Сугдее (Судак), и князь умело воспользовался этим.

Досталось не только черкесам, но и грузинам, когда они попытались взять Абату под свой контроль. Гарнизон крепости успел сесть в осаду, а потом появились три византийских военных корабля, которые стали чинить разбой, захватывая все купеческие корабли и разорявшие приморские города до Хупати, а военного флота, чтобы противостоять им, у Грузии не оказалось. Хуже них оказались только половцы, неожиданно решившие вмешается в конфликт на стороне Юрия, они грабили, а где не получалось уничтожали все продовольствие в тылу у осаждавшей крепость армии. А в своих набегах доходили до стен Клори и Лексуры.

Юрий правда брать всю территорию под свою руку не стал, ограничившись, кроем двух захваченных крепостей, бывшей византийской гаванью Гептала (Геленджик). Но активно поддерживал восставших. В итоге черкесы были вынуждены выйти из войны с аланами, потеряв практически всё побережье Чёрного моря и уступив ряд плодородных долин аланам. После чего аланы, при поддержке Юрия, по отдельности разбили восставшие рода осов и дурдзуков. В итоге отношения Грузии с её северными соседями резко ухудшилось. Из всех племён, которые там обитали, хорошие отношения сохранились только с худзахами (авары), да и то потому, что тем деваться по большому было некуда, с остальными соседями они уже успели смертельно переругаться.

Тамар была зла и на себя, и на своих советников, и на аланов, которые никак не хотели становиться её подданными, и на византийцев, которые освободив значительную часть большой Армении, стали центром притяжения для армянских князей вместо Грузии, а особенно она была зла на Юрия, который, походя, разбивал все её грандиозные планы. Она даже некоторое время подумала о том, что, возможно, стоит послать к нему убийцу, но решила, что пока не будет прибегать к этому крайнему средству. Тем более сейчас это противостояние, как ни парадоксально, было ей выгодно: под Абати гибли войска эриставов, а значит они становились слабей, а она сильней.