Первый отмер, понятно, Иван.

— Ваше императорское величество, простите мне мою дерзость, но дело государственной важности!

— И что же это за дело? — Андрей Федорович опёрся о парапет галереи. — Что же это за важное и великое дело, что ты, дорогой племянничек, в очередной раз соизволил оторвать меня от мелких и несущественных государственных проблем?

Сокол иронию пустил побоку и чётко, коротко ответил:

— Тонна рубинов!

— Что? — наклонил голову император.

— Позади вас, ваше императорское величество, во дворе, лежит тонна, а, может, и поболее рубинов. Полторы, где-то так. Это если первого не считать, которого лисы куда-то утащили.

— Однако!

Император мигнул и пропал, появившись у обломков элементалей.

— Слава Императору! — рявкнуло громкоговорителями, и «Детины», узнав знакомый лик, синхронно лязгнули манипуляторами, отдавая честь. Красавцы, как тренировались! Андрей Федорович благосклонно махнул рукой и поднял крупный кроваво-красный обломок.

Пока мы бежали по лестнице вниз, император уже успел осмотреть самые внушительные куски и стоял, задумчиво подбрасывая в руке один.

— Да-а-а, господа. Мы смели думать, что ваша компания уже ничем нас не удивит. Но это… Это феноменально! — Он задумчиво опустил рубиновый булыжник обратно в кучу. — Это обрушит цены. Если только… Впрочем, будем думать…

— Ваше императорское величество, есть ещё фактор, который следует учитывать при принятии решения по этим материалам, — слегка подался вперёд Витгенштейн.

— Излагайте, князь! Вы решили удивить меня ещё раз?

— В глубине шахты…

— Только не говорите нам, что там есть ещё столько же! Представленный объём уже потрясает воображение, так что камни рубинами-то не воспринимаются — просто куски красного стекла! Это же уму непостижимо!

— Я не хотел сказать, что там ещё столько же. Там, простите меня, их гораздо больше. Гораздо!

— Так! — Император оглядел крепость-рудник. Взглядом хозяйским таким оглядел. — «Гораздо больше!» — покатал на языке Петину фразу. — «Гораздо»… Положительно, сегодня день удивительных открытий. Господа! Мы вами в кои-то веки довольны! Ваше открытие в корне меняет дело! Распорядитесь, — произнёс он в воздух.

— Есть!

Рубиновые обломки во дворе стали стремительно исчезать.

— Говоришь, есть ещё? — обратился государь к Ивану.

— Так точно! Доклад в общих чертах вы уже должны были видеть. Мы не оставляем попыток договориться с этими превращёнными. Если нам удастся, то мы получим доступ в самую богатую рубинами область горы. Если же нет… то мы всё равно получим этот доступ. Плюс дополнительное количество рубинов, приобретённых вследствие приведения этих элементалей в нежизнеспособное состояние. Первый случай агрессии недавно произошёл. Нападение было внезапным и есть жертвы. Обломки рубинового элементаля лежат в одном из ангаров. Это — результаты второго.

— Вот и распорядись, племянник. Каждому причастному награду выдать!

— Есть! — вытянулся Сокол. — Государь, тут нет непричастных.

— Мы же сказали — распорядись! — Кажись, император начинает терять терпение. — Какие-либо идеи о природе феномена имеются?

— Так точно! Получены сведения, что это результат воздействия магической аномалии на живые организмы. В данном случае — на шахтёров. Вероятнее всего, англов, набранных из числа каторжников. Согласно свидетельствам, на руднике у начальства англов произошёл с ними конфликт, преступники были насильно загнаны в шахты, где и подверглись магической мутации.

Император глянул на наш короткий строй.

— Ну? Коршун, вижу, что-то сказать хочешь?

— Так точно, ваше величество! Местные убеждены, что в самое сердце горы несколько столетий назад ушли элементали и вовсе огромные, для которых были выстроены эти дома и организованы туннели. Они охраняют чрезвычайно богатую жилу.

— Не исключено, что за эти годы они и сами окончательно окаменели, — пробормотал Петя.

— Следовательно, рубинов в любом случае будет больше, — закончил я.

— Куда уж больше, — хмыкнул император. — Ладно, за сим мы вас покинем. Пора поторопить кое-кого в столице, а то — надо же, тонна рубинов пропадает. Или даже две!

И исчез. Ага.

— М-да, на сей раз миновала нас чаша гнева государева… — задумчиво протянул Витгенштейн, рассматривая пустой двор.

Пропали не только самые громадные глыбы. Исчезло всё, даже мелкие осколки рубинов. Двор словно аккуратно вымели. А может, и вымели, много ли я знаю о возможностях магов императорского окружения!