— Не парад победы, конечно, — сказал морпех.

— Мы проигрываем, людей такое не радует, — сказал другой.

Фрэнки посмотрела на парней и увидела призраков в их глазах. Призраков, которые жили и в ней.

— Мы дома, — сказала она, ей хотелось верить, что это главное.

Она видела, что им тоже этого хочется.

Выйдя из аэропорта, Фрэнки поблагодарила морпехов и попрощалась. Озираясь в поисках такси, она начала замечать взгляды прохожих. Сначала все удивленно распахивали глаза — не каждый день встретишь девушку в форме, — а потом недоверчиво, почти с отвращением прищуривались. Кто-то смотрел сквозь нее, будто ее и нет. Ей даже захотелось переодеться, но это желание тут же пропало.

К черту их. Она не позволит себя стыдить.

Стоя на обочине, Фрэнки вытянула руку, надеясь поймать такси.

Из средней полосы выехала желтая машина. Подъезжая к ней, таксист замедлил ход. Фрэнки уже сошла с тротуара, но тут водитель что-то ей прокричал, показал средний палец и остановился рядом с мужчиной в костюме.

Такси одно за другим сначала обнадеживающе притормаживали, а затем уносились прочь.

В конце концов она сдалась и купила билет на автобус. Таща тяжелую сумку к остановке, она старалась не замечать косые взгляды.

Что не так с этим миром?

Спустя четыре часа и три пересадки она добралась до Коронадо. За это время в нее плюнули четыре раза и показали средний палец больше раз, чем она могла сосчитать, зато она успела привыкнуть к тому, как на нее смотрят (или просто перестала на это реагировать). Помочь с тяжелой сумкой никто больше не предлагал.

У паромного вокзала Коронадо ей наконец удалось поймать такси. Угрюмый водитель предпочел не смотреть на нее, но остановил машину прямо у ворот ее дома, за что она была очень благодарна.

Фрэнки вышла из машины и бросила багаж на тротуар. Какое-то время она просто стояла, пытаясь осознать, что она дома. В воздухе пахло океаном, лимонами и апельсинами — пахло детством.

Она посмотрела на необъятный Тихий океан. Мягкий знакомый шум волн успокоил ее. Мимо, смеясь, промчались дети на велосипедах, между спицами были вставлены игральные карты. Фрэнки вспомнила Финли, форты, которые они строили в зарослях эвкалипта, песочные замки на пляже, вспомнила, как они часами гоняли на великах. Был уже вечер, на улице стали загораться фонари — сигнальные огоньки, которыми мамы зазывали детей на ужин.

Над головой пролетели два самолета ВМС. Она сразу подумала о том, что этих пилотов очень скоро отправят выполнять боевое задание на другой конец света.

Фрэнки открыла калитку и посмотрела на дом, в котором выросла, ее переполняли чувства. Она не могла дождаться, когда ее наконец встретят, будут гордиться ей, а не осуждать.

Как часто она мечтала об этом — о безопасности, любви и комфорте, о горячей ванне, хорошем кофе и долгих неторопливых прогулках по пляжу без вооруженной охраны…

Она шла по ухоженному прекрасному саду, всем своим телом ощущая окружающее — шелест дубовых листьев, запах хлорки и зеленых лимонов, тихий звон ветряных колокольчиков.

Фрэнки обогнула бассейн и подошла к крыльцу, поднялась к двери. Открывая ее, она словно повернула время вспять. На мгновение она стала маленькой девочкой, которая хвостиком бегает за хулиганом-братом.

Дом.

Она опустила сумку на полированный паркет.

— Всем привет! — сказала Фрэнки в тот момент, когда в холл вышел папа.

На нем была лаймовая водолазка и клетчатые брюки, в руках он держал газету. Волосы немного отросли, на висках проглядывала седина.

Увидев ее, он остановился и слегка нахмурился.

— Фрэнки. Разве ты говорила, что возвращаешься сегодня?

Она не смогла сдержать улыбку.

— Я хотела сделать сюрприз.

Отец подошел к ней, ему явно было неловко. Фрэнки знала, что отец не любит сюрпризы, любит все держать под контролем. Он быстро и крепко обнял ее.

Настолько быстро, что Фрэнки отшатнулась.

— Я… должна была позвонить, — сказала она.

— Нет. Конечно, нет. — Отец замотал головой. — Мы рады, что ты дома.

Фрэнки вдруг поняла, как выглядит после долгой дороги: растрепанные волосы, неровная стрижка, никакой косметики на лице и мятая форма. Неудивительно, что отец нахмурился. Она полезла в сумочку и достала любимую фотографию, где она, Этель и Барб стоят в обнимку перед офицерским клубом.

— Я привезла ее специально для тебя.

— О. — Он бросил взгляд на фотографию.