Эльф не договорил. Его грудная клетка хрустнула в последний раз и расцвела цветком. Цветком из ломающихся ребер, выстреливших наружу окровененными лепестками, с которых свешивались обрывки внутренних органов, порванных артерий, а в центре в последний раз ударило обнаженное сердце.

Полукровка так и не опустил взгляда. Его губы все дрожали в безуспешной попытке договорить.

Перед своей смертью он пытался произнести:

— Долг и честь.

Арди помнил эти слова. И помнил тот вечер, когда, сидя на обрыве в родной Алькаде, разговаривал с Цассарой.

— Вечные Ангелы, — Мшистый отпустил воротник Арди. — Капрал, он тебя как-то зачаровал или что? Вот ведь ушастый ублюдок. Думал, наверное, что вместе с собой сможет забрать и тебя. Фатийцы совсем…

— Он не Фатиец, — перебил Ардан.

— Что? — переспросил Мшистый.

Арди поднялся на ноги и, отряхнувшись, подошел обратно к клетке. Там он поднял посох майора и передал тому обратно.

— Он Имперец, — пояснил Ардан. — Больше ста лет назад его выкрали Армондцы, а затем Нджия продала Тазидахиану, где он и провел около семи десятилетий. Вся остальная информация есть у вас на… — Арди указал своим посохом в сторону пластинки, крутящейся под стеклянным куполом устройства. — Я могу быть свободен, майор?

Мшистый пару мгновений внимательно разглядывал Арда, после чего сдержано кивнул.

— Да, капрал, можете идти. Вы отлично потрудились.

Арди молча направился к двери, ведущей прочь из вагона. У самого выхода его задержал голос Мшистого.

— Ард.

Тот замер.

— У нас с Эдвардом всегда были сложные отношения, но… на моей памяти вы первый и единственный, кого он удостоил фразы «не так глуп, как остальные». Наверное для него это самый большой комплимент и… мне жаль, капрал, что так вышло. Если вам когда-нибудь потребуется партнер для отработки военной магии, отправьте за мной. Я хотел бы посмотреть, на что способен ученик Аверского.

Ардан обернулся, чтобы что-то ответить, но взгляд сам собой зацепился за безжизненную фигуру эльфа.

Он даже не был иностранцем… а если бы был, то это что-то поменяло бы? Но все же не был… пленный соотечественник, переживший такое, о чем никто не хотел бы слушать. Потому что такая боль не принадлежит одному только своему владельцу. Она заразна. Как болезнь. И может оставить черные пятная на любом, у кого в груди бьется живое сердце, а не холодный камень.

И все же, оправдывали ли страдания полукровки те зверства, что он творил в Нджии?

Арди не знал.

И не хотел знать.

Он вообще не хотел более и лишнего мгновения находиться в этом проклятом вагоне.

— Спасибо, — только и ответил юноша. — Хорошего дня, майор.

* * *

Когда Арди вернулся в купе, то Тесс, отодвинув оконную шторку читала книгу. Страниц на четыреста, в твердом переплете и тиснением. На обложке маячила знакомая фамилия. Кажется, все, кто не чужд художественной литературе, читали данного автора.

Мода…

— Интересно? — спросил Ардан, убирая посох в специальную подставку у шкафа и опуская на соседнее кресло.

Удивительно, но в купе первого класса имелись и два кресла, и кровать, и шкаф, и, даже, умывальник с бачком. Неудивительно, что на весь вагон таких купе наличествовало всего три.

— Очень, — кивнула Тесс и перелистнула страницу.

— А о чем там?

Она немного опустила книгу вниз. Так, чтобы были видны её глаза.

— Тебе же не нравится художественная литература, Арди-волшебник, — последние слова девушка произнесла с некоторой иронией в голосе, явно намекающей на то, что когда Ардан брал в руки книги, то ими оказывались либо учебники, либо научные материалы.

— У меня просто не хватает времени, чтобы читать вымышленные истории, — развел руками юноша. — И, тем более, свою порцию мифов и легенд я получил еще в детстве.

— Это не миф, — мягко возразила Тесс. — Это проза. Здесь рассказывается про известного художника, который увлекся молодой натурщицей, но она не ответила ему взаимностью. В итоге разбитое сердце столкнуло художника на кривую дорожку. Он начал злоупотреблять Ангельской Пылью, алкоголем, вести разгульный образ жизни и разругался буквально со всеми друзьями и семьей.

Брови Ардана слегка поползли вверх.

— И в чем интерес читать такое? — с искренним недоумением спросил юноша.

Тесс помолчала несколько мгновений.

— Не знаю, дорогой. Тут это все подается как приключение. Главный герой очень харизматичен. И все ощущается как борьба с внутренними демонами, — она еще немного поразмышляла. — А еще тут красиво описываются… горизонтальные отношения и… когда читаешь о чем-то таком нехорошем, то в голове все выглядит так, будто нехорошее есть только в книгах и газетах, а в реальном мире нет.