В помещение вошел немолодой гвардеец с гривой седых волос и шрамом через морщинистую щеку, проворчав:

– А ведь мне почти удалось схватить тебя в Милтон-Кейнс.

Слова прозвучали слегка неразборчиво, словно ножевая рана повредила и язык тоже.

Джоанна недоуменно уставилась на вошедшего. Он выглядел высоким и худым, с глазами, напоминавшими кошачьи. Она поняла, что видела его раньше, просто в другом возрасте, когда тот был лет на тридцать или сорок моложе. Корвин Арджент! Монстр, который убил Марджи.

– Для меня прошло немало времени с нашей последней встречи, – подтвердил догадку старик, усмехаясь, отчего шрам натянулся. – Ты забрала мой бумажник с личной печатью.

Неужели Корвин действительно до сих пор таил обиду за кражу?

– Ты убил мою подругу! – Она пожалела, что собеседник далеко стоит, иначе сразу врезала бы ему как следует, несмотря на возраст. – Зачем ты явился? Допросить нас?

– Я что, похож на Гриффита? – с презрением фыркнул Корвин. – Меня послали за мальчишкой.

Джоанна заслонила собой Ника.

– Расслабься ты, – вздохнул гвардеец. – Мне сообщили, что он попал под воздействие дара Арджента. И Элеонора хочет снять внушение. Я здесь именно для этого.

– Нас подслушивали? – спросила Джоанна и принялась озираться в поиске видеокамер.

В длинной галерее библиотеки, освещенной солнечными лучами из окон как в стенах, так и в потолке, имелось немало укромных уголков, чтобы разместить оборудование для наблюдения. Что еще могла услышать Элеонора или ее приспешники?

Корвин по-прежнему стоял в дверях.

– Отойди от мальчишки, – велел он.

Джоанна затрясла головой, продолжая загораживать Ника собой, будто могла тем самым его защитить.

– Все в порядке, – прошептал тот.

Но это было вовсе не так.

– Разве ты сама не хочешь снять с него внушение? – усмехнулся Корвин. – Со стороны казалось, что хочешь. И не говори, что передумала, выболтав ему правду.

Джоанна покраснела. Значит, их обсуждение действительно подслушивали.

Но зачем Элеоноре понадобилось снимать внушение? Может, она хотела снова сделать из Ника героя? Девушка оглянулась на него и увидела, что тот с подозрением наблюдает за Корвином и кажется опасным даже стоя на коленях, даже в оковах – как физических, так и эмоциональных, если считать воздействие дара Оуэна.

Джоанна нехотя отступила. Ник ободряюще ей улыбнулся. Она попыталась ответить тем же, но не сумела.

– Все будет хорошо, – тихо сказал он. – Между нами. Вот увидишь.

Вот только Джоанна понимала, что это неправда и что Ник в последний раз ей так улыбается. В последний раз доверяет. Когда Корвин покончит с внушением, между ними тоже все будет кончено.

– Честно говоря, сомневаюсь, что дар еще действует, – заметил Арджент. – Мальчишка сидит здесь уже три недели. – Он приблизился к Нику и пристально посмотрел на него, после чего с удивлением хмыкнул. – Что ж, внушение по-прежнему на месте. Вижу по глазам. Что тебе приказано?

– Я ничего не имею против монстров, – с остекленевшим взглядом послушно повторил узник. – И не хочу им навредить.

– Грубая работа, – скривился Корвин. – Ладно, считай, что свободен от предыдущих внушений. Свободен от влияния дара Арджента. – Последние слова он произнес скучающим тоном.

Ник обещал, что между ними все останется по-прежнему. Теперь же Джоанна ждала, когда на его лице проступит ужас от осознания правды. Ждала, когда в темных глазах появится гнев от предательства. Но выражение лица парня не поменялось.

– Ник? – прошептала Джоанна, а затем заметила, как нахмурился Корвин, и обвинила его: – Внушение по-прежнему действует!

– Я уже сам догадался, – раздраженно огрызнулся тот и обратился уже к Нику: – Ты свободен от влияния дара Арджентов! Нет никаких ограничений на твои эмоции и поступки в отношении монстров! – После чего воззрился на него сначала выжидательно, а затем с возрастающими досадой и недоумением. – Кто наложил на тебя внушение?

– Видимо, кто-то посильнее тебя, – заявил Ник.

– Очень сомневаюсь, – процедил Корвин сквозь зубы и смерил собеседника надменным взглядом. – Кажется, придется попробовать кое-что другое. – Потом развернулся, чтобы покинуть помещение, но, похоже, передумал, молниеносно подскочил к коленопреклоненному узнику и резко ударил его ногой по голове. Все случилось так быстро, что Джоанна даже не успела помешать, а Ник – отшатнуться, поэтому он врезался затылком о каменную кладку камина, вскрикнув от боли и неожиданности. На губах выступила кровь.