— Ведь так?

— Вы абсолютно правы, Ваше Величество. И поверьте, то, что я хочу вам предложить... не оставит вас равнодушной.

— Заинтриговали...

— Так все — вон! — дважды просить не пришлось. Через минуту в зале остались лишь королева, гость и Урбан с дюжиной стражников, чьи руки не отпускали рукояти мечей.

— Разрешите подойти ближе? — Адеола небрежно махнула рукой.

Шарль бросил осторожный взгляд на Урбана, чьи пальцы сжали эфес клинка, но, сделав вид, что не замечает угрозы, продолжил:

— Мы знаем о вашей... проблеме. И готовы решить её. Раз и навсегда.

— Многие обещали. Теперь они украшают виселицы на главной площади.

— Мы — не многие. Мы — единственные, кто способен не только исцелить вас, но и подарить вечную жизнь.

— Да-а... — протянула она с внезапным интересом. — Я полагала, лишь Орден Искателей Истины способен на такое.

— Жалкие дилетанты, не более.

— Тогда почему я о вас не слышала?

— О, вы точно слышали. Просто мы... многолики. Орден "Новый Свет" — это мы. Братство "Чёрных Алхимиков" работает на нас. Правда, они бездарные халтурщики, а вот мы... мы — истинные мастера. Если мы говорим, что можем — значит, можем.

Шарль видел, что слова его не находят отклика, а потому решил сменить тактику.

— Давайте так. Вот вам эликсир, который избавит вас от... неудобств. В знак нашей доброй воли. Убедитесь, что всё честно — и тогда обсудим наше предложение.

— А если это яд? — Адеола озвучила вопрос, уже вертевшийся на языке у начальника королевской стражи.

— Тогда ваши "бравые ребята" изрубят меня на куски. Или скормят крысам. На ваш выбор.

Вам стоит лишь сделать маленький глоток — подействует почти мгновенно. И, дабы развеять сомнения... — он достал маленький флакон. — "Вита" высшего качества. Любой яд нейтрализует.

— Вы же говорили, что ваши зелья лучше, чем у Искателей с Сокотры? — считая, что поймала того на лижи королева зло улыбнулась.

— Так и есть. Но вы ведь с нашими творениями не знакомы, а им... кое-какое доверие у вас есть.

Адеола задумалась, но, не найдя причин для отказа, согласилась.

Прошло несколько минут...

Затем дверь распахнулась, и королева вошла — с гордо поднятой головой, в новом платье, открывающем спину.

Стража остолбенела.

— Ну так... — её голос звучал победоносно. — Что вы хотите взамен? Неужто просто так пожаловали?

— Конечно, нет. — Шарль вызывающе улыбнулся. — Я предлагаю вам союз против Эдварда и начать военную кампанию. Кстати, ваш отец уже согласился, как и два других королевства. А взамен... вечная жизнь. И всё это — по сходной цене.

— И какова же цена?

— Если вы всё-таки не против, я бы хотел обсудить это предложение наедине. Заодно покажу вам интересные эликсиры, способные дарить людям любовь на протяжении многих часов, — сказав это но подмигнул ей.

— Что ж. Вы уже доказали, что вашему слову можно верить. Я согласна.

***

Настоящее время.

Граница королевств Авиталь и Свенгард.

Передовые укрепления "Стального клыка".

Фицджеральд Свен, министр обороны королевства, ступил на утоптанную глину плаца передового лагеря, с недовольством отряхивая дорожную пыль с расшитого серебряными нитями мундира. Утренний туман ещё цеплялся за вершины частокола, а в воздухе стоял тяжёлый запах гари и влажной шерсти — следы ночного нападения. Его черный жеребец, покрытый пеной, нервно бил копытом, чувствуя напряжение, витавшее в лагере.

Шатер главного штаба, выделявшийся пурпурными вымпелами с гербом королевства, стоял в центре укреплений. Когда Фицджеральд резко распахнул полог, внутри воцарилась мёртвая тишина. Пятеро старших офицеров, склонившихся над картами, замерли в почтительном поклоне, их лица были изрезаны свежими шрамами, а мундиры покрыты бурыми пятнами — то ли грязи, то ли засохшей крови. Скорее всего второе.

— Вольно, — буркнул министр, с раздражением снимая перчатки. — Докладывайте. Какие ещё чёртовы мертвецы? Или вы все окончательно свихнулись от гарнизонной скуки? Хотя со скукой он явно погорячился. Но не извиняться же министру.

Гнев Фицджеральда имел веские причины. Вчерашний путь превратился в кошмар — сначала сломалась ось королевской кареты, затем по сообщению командира стражи на перевале на обоз напали какие-то оборванцы с пустыми, безумными глазами. Пришлось добираться верхом, проклиная каждый камень на этой проклятой дороге.

— Борзой, не терзай парней, — раздался из глубины шатра хриплый голос, и сквозь дымную завесу вышел Партос Гривальди. Его некогда богатырское телосложение теперь казалось иссохшим, а седая борода была опалена в нескольких местах. Но глаза по-прежнему горели стальным блеском. Он был его старинным другом и одним из немногих, кто мог звать его по прозвищу, полученному ещё в академии.