— Хм-м, — нахмурился Ичиро, — мне об этом ничего не известно. Расскажешь?

— Конечно. Тем более что мы всё исполнили в лучшем виде, — Дориан расплылся в улыбке вспоминая заполненный трюм золотом.

— Рад это слышать. Артур всегда знает, кому можно доверить важное дело, — кивнул Ичиро.

— А вы-то что здесь делаете? — поинтересовался Тортуга.

— А мы, можно сказать, на войнушку собрались, — развёл руками Непобедимый. — Представляешь друг, Артур нас даже не звал! Но мы не из гордых — сами пришли.

Мужчины рассмеялись.

— Если не возражаешь, я к вам присоединюсь — стало уж слишком скучно в одиночку искать врага.

— Только рад буду! Кстати, у меня в каюте припасено отменное саке. «Ты ведь не бросил это благородное занятие?» — с лукавым прищуром спросил Ичиро.

— Какие ужасные мысли посещают твою голову! — возмутился Дориан. — Чтобы я бросил пить? Ни за что! С нашим Артуром скучать не приходится, так что вряд ли я когда-нибудь завяжу. Разве что выйду на пенсию, но мне это точно не грозит.

— Ну тогда подожди немного — я схожу за вещами и переберусь к вам. Здесь и без меня есть кому командовать, а на этом красавце мне как-то более быть по нраву.

— Вик! — крикнул Дориан. — Накрывай стол! Будем праздновать встречу и поднимать тосты за будущие победы!

— Есть, капитан! — бодро козырнул Кроу и принялся отдавать распоряжения.

***

Индийский океан.

Октопус рассекал бездонные воды, стремительный и неумолимый, словно сама стихия, пробуждённая для возмездия. Его вела незримая рука того, кто даровал ему вторую жизнь, но не только она. В его чудовищном сердце бушевал всепоглощающий огонь мести, пожиравший его изнутри, как ржавчина — сталь. Этот наглый двуногий, этот ничтожный червь, осмелился лишить его жизни! Да, смерть обернулась новым рождением, подарив невиданную силу и безграничные возможности, но разве жалкий смертный мог предвидеть последствия? Нет. И за эту дерзость он заплатит.

Корабли, встречавшиеся на его пути, больше не становились добычей. Он не разрывал их на части, не пожирал, как в былые времена, — теперь он просто отправлял их на дно, играючи, с холодным безразличием. Но это была лишь разминка. Сейчас его цель — месть. А потом… потом он подчинит себе этот мир, и все, от последнего нищего до владык континентов, будут трепетать перед ним. Перед тем, кого назовут Гибелью Человечества.

***

Королевство Авиталь.

Столица Новум.

Дворец Её Величества Адеолы Первой.

Малый тронный зал.

Около года назад.

Последние годы юная королева жила затворницей в своих покоях. Как ни старалась она скрыть постыдную тайну, но всё тайное, как известно, рано или поздно становится явным. И когда слухи о том, что её спина покрыта густым волосяным покровом, просочились за стены дворца, удержать их уже было невозможно.

Конечно, открыто никто не смел оскорбить монаршую особу — никто не хотел оказаться на виселице. Но за спиной её уже давно величали не иначе как Адеола Мохнатая, восседающая на "шерстяном троне". В народе шептались и похуже — "Гривастая", "Королева-медведица", а то и вовсе "Чудовище в парче".

Как ни пыталась она заткнуть рты подданным виселицами и плахами, слухи только крепли. А казни и вовсе обернулись против неё — народ, уставший от жестокости и безумия правительницы, потянулся на восток, под крыло Эдварда Х, прозванного "Око за око". Вот уж кто настоящий король — сильный, статный, справедливый и любимый своим народом.

— Ваше Величество... — слуга склонился в почтительном поклоне. — Шарль де Куси просит аудиенции. Утверждает, что имеет для вас нечто... весьма любопытное.

Королева оторвалась от мрачных дум, терзавших её все эти месяцы, и от виноградины, которую уже собралась отправить в рот. Наконец, небрежно кивнув, она всё же положила ягоду на язык и, лениво пережёвывая, махнула пальцем — пусть войдёт.

В зал "вплыл" статный красавец, одетый по последней столичной моде. Длинные, черные как смоль волосы, уложенные в изысканную причёску, кафтан, расшитый золотой парчой, широкие плечи, высокий рост и лицо, будто сошедшее с полотен придворных живописцев.

На мгновение Адеолу охватили похотливые мысли, но, вспомнив о своём "проклятии", она тут же потеряла к нему всякий интерес.

— Ваше Величество, — его голос звучал, как шёлк, скользящий по коже. — Шарль де Куси, представитель торгового дома "Ауриум Люциус". Я прибыл, чтобы предложить вам... Скажем так. Моё предложение требует деликатного разговора. Тет-а-тет, если позволите.

— Не слишком ли много на себя берёте? — прогремел бас Урбана, начальника королевской стражи.

— Ой, Урбан, — королева фыркнула. — Разве не видишь? Он же добрый малый и вреда мне не причинит.