Пока я шёл, система просканировала хищника и подсветила уязвимое место. В боку между природными бронями имелась трещина. Видимо, кто-то из формиков умудрил пробиться, или же королева. Неважно, главное, я указал Леонарду, куда ему бить.

— Старик, у него справа в боку трещина в броне. Я его сейчас разверну, а ты шариком ему туда выстрели.

Леонард кивнул и быстро вооружился рогаткой.

— Ну всё, косолапый, тебе конец, — хрустнув шеей, я активировал ускорение.

Разбежавшись и напитав мышцы ног, я с разбега пнул его в толстый мохнатый зад. От моего удара хищника откинуло… Ой, что-то я слегка преувеличил. Урсуса пошатнуло немного. Зато я добился желаемого. Зверю стало обидно, и он всё-таки ко мне развернулся, грозно зарычав.

— Лучше беги, или тебе я вырву сердце.

Конечно, он никак не отреагировал, точнее, не так: отреагировал ударом лапы. Не будь я под ускорением, вот что снёс башку. Откуда такая мощь? А самое обидное, он бы мне не помешал в борьбе со стражами.

Отклонившись, я пропустил лапу, а после вдарил по ней, оставляя глубокий порез. Что меня крайне порадовало. Я уж было подумал, шкуру и этим не пробить. Ан нет. Работает как часики. Вон как мышцу лапы рассекло, любо-дорого посмотреть.

Благодаря восприятию я приметил, что регенерация у него бешеная и место ранения начало быстро зарастать. Давать ему восстановиться нельзя. В момент, пока тварина переключилась на меня, Королева спешно глотала кристаллы. Понятно дело, хочет также восстановиться. Интересно, сколько у неё это займёт времени? Мне она нужна сейчас, а не когда-то потом.

Пока я обдумывал всё это, я не стоял на месте. А атаковал, стараясь закрутить зверя так, чтобы он встал к старейшине правым боком. И наш план почти сработал.

Медведь что-то такое почувствовал и, несмотря на свои громадные размеры, с проворством зайца отпрыгнул, уворачиваясь от снаряда. Причём сделал он это так, что когда он завершил сей манёвр, то оказался ближе к старейшине, чем я к нему. Мысленно я уже попрощался с ним, понимая, он такого не переживёт. Я прекрасно понимал, что не успеваю добежать и защитить его. Да только ничего с этим поделать не в силах. Не стоило ему идти с нами. Упрямый старик, — ворчал я про себя, двигаясь на пределе своих возможностей.

В этот миг из-за спины алхимика выстрелила тень и чётким ударом лапы, угодившей в морду медведя, сбила тому атаку, а я к этому моменту, добежав, проткнул шпагой ему бок, метясь в сердце. К сожалению, не достал.

Урсус взревел и ударил лапами наотмашь. Пантера… твою налево, он же мальчик. Получается он…

— Барс, — пришла на помощь Олька.

— Ага, спасибо.

В общем, сначала отлетел барс, а затем и я. Благо старейшина успел отойти на безопасное расстояние. То есть удрать с глазами, размеры которых напоминали мне тарелки в нашей замковой столовой.

Хищник оглядел нас своими белёсыми зрачками: меня, стоявшего напротив него, Королеву, медленно заходящего ему со спины, и присоединившегося к нам кошака, что занял позицию слева от него.

Я передал мыслеобраз «союзникам», кто, как и в каком порядке атакует. Получив согласие, мы принялись биться.

Настал миг, и в полумраке подземного зала мы сошлись в смертельной битве. Или он или мы, другого не дано. Могучий медведь, словно оживший кошмар, встал за задание лапы и зарычал, возвышаясь над нами. С его оскаленных жёлтых клыков стекали слюни. Я стоял напротив него, чувствуя, как сердце бьётся в такт с древним ритмом битвы.

Урсус опустился и, издав последний рык, рванул ко мне, видимо определив во мне главную угрозу. Приятно, конечно, но мог бы и со слабых начать. Когда нервничаю, начинаю шутить. Хоть и не к месту.

Внезапно с немыслимой скоростью прыгнул чёрный барс — его шкура была темнее самой ночи, а глаза горели ледяным пламенем. Он метнулся к медведю, целясь в горло, но тот, развернувшись с невероятной быстротой, отшвырнул хищника мощным ударом лапы. Барс, несмотря на боль, вновь поднялся, готовясь к атаке.

В этот момент из глубины зала выступила шестимерная королева муравьёв. Её тело, переливающееся всеми цветами спектра, излучало силу и ауру, источающую страх. Накачала она себя знатно. Боюсь представить сколько она съела кристаллов. Хозяйка муравейника подняла свои «многочисленные» конечности, и пространство вокруг нас задрожало от мощи её разума. Мой щит держался, и я прям-таки взгрустнул, глядя на то сколько уходит энергии на поддержание защиты.

Медведь зарычал, чувствуя приближение чего-то неведомого. Королева, собрав свою ментальную силу, обрушила на него всю мощь, способную сокрушить даже самый крепкий разум. Зверь замер, его тело содрогнулось от невидимой волны, но не упал — слишком сильна была его звериная воля.

Барс, воспользовавшись моментом, вновь атаковал. Его клыки впились в могучую шею медведя, но тот, несмотря на боль, попытался стряхнуть хищника. Я, дождавшись своего шанса, ринулся вперёд, направляя клинок точно в сердце зверя.

Лезвие, окутанное белым сиянием, пронзило толстую шкуру, с лёгкостью погружаясь всё глубже. Медведь издал последний рёв, его тело содрогнулось в предсмертной агонии. Королева, усилив свой ментальный удар, окончательно сломила его волю, а барс, вцепившись мёртвой хваткой, не давал ему шанса на сопротивление.