— Вы хотели предложить Императору подвергнуть этому испытанию несколько тысяч подростков? — Вест непроизвольно сжал кулаки.

— Не тысячи, а всего лишь пять сотен. Интересны были только ваши ровесники, мой принц, — кивнул мэтр Ник-кита.

— Да какая разница?!

— В масштабах Империи — никакой. Тут вы совершенно правы. Увы, не сработало. Ваш батюшка оказался слишком гуманным и лояльным к своим подданным. Он решил, что не имеет морального права жертвовать ими, даже ради вас.

— Уважаю…

— Тем самым только подтвердив наши предположения, что если подробности операции «Эннэми» вскроются еще при его правлении, скандала и последующей катастрофы не избежать. А значит, мы не ошиблись и вовремя предприняли превентивные меры. И теперь вы, вернувшись героем из разведки, тем самым доказав свою уникальность, и с моей подачи, естественно — не подвергая опасности жизни других, пройдете проверку ядами и троном. То есть, незаметно для всех запустите механизм. Ваш батюшка начнет стареть. И эдак годков через двадцать, вы вполне законно смените его на престоле. Тихо, мирно, без волнений и беспорядков. А потом, мы все вместе, подключив силы ГРУ, будем думать, как разрулить сложившуюся ситуацию. Потому что у нас будет главный козырь — вы, Ваше Высочество, даже произнеся Клятву, сможете лгать своему народу!

Глава СВВИБ умолк и выжидательно посмотрел на Климука. Похвалу услышать надеялся, что ли?

— Увы, мэтр, ошиблись, — помотал головою тот. — И даже очень сильно.

— Простите, Ваше Высочество?

— Нет, все грамотно и вполне могло сработать, если бы не досадная мелочь. Меня нельзя было отдавать на воспитание в Оджак. Я и как сын был бы не готов предать отца, а для янычара это вообще немыслимо!

— Фу-ты, — демонстративно утер совершенно сухой лоб мэтр Ник-кита. — Я уж было подумал, что мы и в самом деле где-то просчитались. Мой принц, это все лирика и смею вас заверить — временная. Не далее, как через несколько часов вы и не вспомните обо всей этой ерунде.

— Еще одно ментальное вмешательство?

— Ну, а как вы хотели? — даже удивился мэтр. — Я же с самого начала предупредил, что вам необходимо поставить блок на императивы Клятвы.

— А зачем тогда все эти разговоры? Усыпили бы меня, провели корректировку сознания и получили на выходе такого принца, который вам нужен.

— Ваше Высочество, — мэтр устало прикрыл глаза, вздохнул. — Я не лукавлю с вами. Вы совершенно правы, такой вариант мог бы стать идеальным, если бы не одно «но»!.. Ваше сознание уже подвергалось полной замене, и повторное вмешательство в психику, без согласия пациента — чревато безумием. Вашим безумием. А зачем нам спятивший принц?

— А если я все-таки откажусь?

— Откажетесь?! — мэтр Ник-кита непроизвольно подался вперед. Похоже, ему ни на секунду не приходила такая мысль. — Но почему?!

Вест промолчал.

— Мой принц! Ваше Высочество! Почему? Хоть убейте, не понимаю ваших сомнений? Ведь то, что я предлагаю, по большому счету даже преступлением назвать нельзя. Был бы Император бессмертен, тогда да. А мы всего лишь немного убыстряем приход старости. Не у младенца невинного жизнь отбираем. Ваш отец пожил вволю. Да так, что миллионы граждан империи с радостью поменяли бы весь отпущенный им срок на один такой год. Но даже если б и у младенца… Ваше Высочество, подумайте о судьбе Ирия!

— Мэтр, нет нужды пытаться объяснить мне второй раз. Я понял вашу точку зрения. К тому же вы очень наглядно подтвердили ее… Жизнями солдат. Но вот мне, ближе и понятнее поступок императора. Когда он не счел возможным жертвовать невинными людьми, даже для спасения сына.

— Вы уверенны, что Алекс-сандр III принял бы такое же решение, если б вопрос стоял не о вашей жизни, а о его?

— Это не важно…

— Как сказать. Лично я более чем уверен в обратном. И если бы ментальный блок можно было ввести после присяги, давно б уже поговорил с Его Величеством начистоту. Но, увы, жизнь не имеет сослагательного наклонения. И если бы, да кабы в расчет не принимаются… — мэтр Ник-кита цепко посмотрел Весту в глаза. — Мой принц, надеюсь вы вполне сознаете, что коль уж дело зашло так далеко, пятиться никто не станет. И я, с огромным сожалением и неохотой, буду вынужден прибегнуть к самым радикальным методам. У Империи просто нет другого шанса.

— Смешно, — Климук действительно улыбнулся.

— Простите?..

— Вы собираетесь вынудить меня дать добровольное согласие? Сами вслушайтесь… «Вынудить» и «добровольное».

— Нет, Ваше Высочество. Ведь что такое свобода? Осознанная необходимость. Значит, человека нужно всего лишь поставить в такие рамки, когда он осознает, что сотрудничество — самый лучший выбор.

— Пытать будете… — кивнул Вест. — Да, соглашусь. У каждого имеется предел боли, после чего человек сдается. А что если я, дав согласие, потом передумаю?.. Вы поверите, начнете программирование, но вместо союзника получите идиота?

— Не считайте меня ребенком, мой принц. Я на посту главы СВВИБ уже почти сто лет. Поверьте, найду способ подстраховаться.

— В самом деле?

— Не верите? Напрасно. Кстати, вы сами указали на свою болевую точку. Хотите проверить?

— Почему нет? — пожал плечами Климук. — Если у нас такая доверительная беседа.

— Как прикажете… — лицо мэтра приобрело выражение, которое обычно бывает у наставников, утомившихся сотый раз повторять тупоумному ученику прописные истины.

— Вы не боитесь ничего, что касается вас лично. Я даже уверен, что у вас хватит мужества умереть под пытками, но не сломаться. Но если вместо вас будет страдать кто-то другой…