Я поднимаю глаза от лайма, который выжимаю.

— Это намёк? Хочешь, чтобы я поработал над твоим телом?

— Чёрт возьми, да, это намёк. — Её глаза лукаво сверкают.

— Дважды просить не придётся. Но, если серьёзно, ты тоже много работаешь, Молли. Дай себе немного больше признания.

— Я усердно работаю, наблюдая за тем, как усердно работаете вы. — Она переходит на кухню. — Особенно усердно я работаю, наблюдая за тобой.

Я заливаю текилу в свежевыжатый лаймовый сок, а затем дополняю каждый стакан хорошей порцией Topo Chico и долькой лайма.

— Тогда какого чёрта ты тратишь своё время на того придурка из Далласа?

— Потому что! — Молли берёт протянутый стакан, широко распахнув глаза. — Я… была разочарована, ладно? Это как самая ужасная, но лучшая пытка — видеть тебя в чапсах и с этим твоим усатым лицом каждый грёбаный день.

Мой член дёргается от мысли, что я настолько заводил её… настолько часто… что ей пришлось искать разрядку на стороне.

Ох, милая, ты же знаешь, что настоящего облегчения ты найдёшь только со мной.

— Значит, тебе нравится усы, — выдавливаю я.

— На всех остальных ненавижу. Но на тебе?.. — Ноздри Молли слегка раздуваются. — Это как второе пришествие Тома Селлека.

Когда эта девушка рядом, я просто не могу перестать смеяться.

— Ну, мужик, конечно, настоящий жеребец.

— Роскошный самец, — серьёзно кивает Молли.

— За мистера Селлека. — Я поднимаю стакан. — И за Гарретта.

— За папу. — Молли чокается со мной. — Пусть он нами гордится.

— Думаю, сейчас у нас это получается лучше, чем раньше. — Я делаю глоток. Холодный, свежий, с лёгкой цитрусовой остротой. Идеальный коктейль после долгого жаркого дня.

Молли облизывает губы после первого глотка.

— Это очень вкусно, Кэш. Вау. — Она делает ещё один глоток. — Ты правда думаешь, что папа бы нами гордился?

— Думаю, да. — Я отпиваю, чувствуя, как текила разливается по крови. — Никого пока не убили — уже неплохо. Ты отлично держишься в седле. С ковбоями ладишь, а Пэтси и Джон Би тебя просто обожают. — Я ловлю её взгляд. — Ты стараешься, Молли. Может, именно этого он и хотел, когда оставил тебе ранчо и заставил пожить здесь. Хотел, чтобы ты попробовала, каково это.

Она моргает.

— Но зачем ему это было нужно?

— Не знаю. — Я пожимаю плечами. — Он знал, что ты больше похожа на свою мать. Может, хотел, чтобы ты нашла в себе что-то от него тоже.

— Думаешь?

Я ставлю стакан на стойку и опираюсь на неё спиной.

— Я в этом уверен, милая.

Она сглатывает.

— Мне нравится, когда ты так меня называешь. Это звучит… чертовски приятно из твоих уст, Кэш. Кстати, Кэш — это твоё настоящее имя? Или прозвище?

— Настоящее. — Уголки моих губ дёргаются. — Родители были без ума от Джонни и Джун Картер Кэш. Первая песня, под которую они танцевали в ночь знакомства, была Walk the Line.

— Милота.

— Правда? Когда узнали, что у них будет мальчик, сразу решили назвать меня Кэш Роберт Риверс. Кэш — в честь Джонни, конечно, а Роберт — в честь дедушки.

Она улыбается.

— Хорошее, сильное имя.

— Спасибо. А теперь иди сюда.

Она делает глоток и приподнимает бровь.

— Ладно. Может, мне даже немного нравится, когда ты говоришь мне, что делать.

— Тебе это очень нравится. Иди сюда, милая.

Молли медленно идёт ко мне, как будто я не готов заорать от того, как сильно её хочу.

Когда она оказывается достаточно близко, я хватаю её, резко притягивая к себе так, что наши бёдра соприкасаются.

Она издаёт удивлённый, довольный звук, когда я прижимаюсь к ней, давая почувствовать, как я твёрд.

— Уже? — тяжело дышит она.

— Уже.

— Тогда дай мне допить. — Она осушает почти весь свой коктейль и ставит стакан рядом с моим. — Нужно немного увлажнения перед тем, как…

— Я заставлю тебя попотеть? — Я наклоняюсь, обхватываю её за колени и закидываю себе на плечо. — Правильное решение. Оно тебе понадобится.

Она смеётся, а я направляюсь прямиком в спальню.

Глава 23

Кэш

Без преград

Я швыряю Молли на кровать и тут же принимаюсь за ремень.

Не могу поверить, что она здесь.

Не могу поверить, что эта потрясающая женщина — моя. По крайней мере, на этот вечер. Как мне так повезло?

Молли, запыхавшись от смеха, смотрит на меня, её карие глаза затуманиваются, пока я срываю ремень с брюк. Я оставил включённой лампу на прикроватном столике, чтобы видеть, как меняется её выражение лица.