— Заклинатель лошадей, — усмехается Джон Би, покачав головой.

И ветеринар не ошибается.

Я просто… не понимаю. Это проявление нежности совершенно не вяжется с тем, как Кэш на днях чуть ли не закинул меня в седло. С тем, как он со мной разговаривал. Такое ощущение, что он очень старается быть придурком в моём присутствии. И в то же время создаётся впечатление, что у него есть мягкая, заботливая сторона. Та, которая, вероятно, делает его потрясающим любовником.

Прогоняя эту мысль, я начинаю гадать, не просто ли Кэш смертельно устал. Может, его уже задолбала эта куча ответственности, что свалилась на него. И да, возможно, он даже немного напуган. Он только что потерял наставника. Потерял ранчо, которое считал своим. Мне кажется, Кэш — тот тип людей, у которых всегда есть план. У него всегда есть ответ на любой вопрос, решение для любой проблемы. Какой у него теперь план, раз он не получит ранчо Лаки? И что будут делать его братья, которые на него рассчитывали?

Не моя проблема.

Но мне его действительно жаль, и я хочу помочь. Да, он вёл себя как последний идиот на днях, но сегодня утром всё же извинился. Он любил моего отца. И, сколько бы ни было больно осознавать, что они были ближе, чем я с собственным отцом — это не вина Кэша. Это моя вина. И отца. Кэш Риверс не должен за это расплачиваться.

Наблюдая, как он кормит эту маленькую кроху, я думаю: а почему он сам-то считает, что должен расплачиваться за всё, что случилось с ним и его братьями?

Да, им был нужен отец, когда они росли. Но они уже взрослые. У Сойера вообще свой ребёнок. Зачем же Кэш продолжает сжигать себя, лишь бы согреть всех остальных? Почему он никому не позволяет помочь ему, хотя ему это так явно нужно? Неудивительно, что он вечно хмурый.

Вот почему я предложила принести перекус для детей. Вот почему я взяла для Кэша лишний бутерброд из холодильника. Он был настолько мокрый от пота, будто попал под ливень. Я думаю, такая работа делает человека голодным. Особенно если завтрак был в половине пятого утра.

Я поворачиваюсь к Уайатту. Мы стоим на достаточном расстоянии, чтобы Кэш нас не услышал, если говорить тихо.

На это я надеюсь, во всяком случае.

— Он всегда такой? С лошадьми?

— Он такой со всеми живыми существами. Кроме людей. Взрослых, во всяком случае.

— Это ещё что за история?

Уайатт кривит губы в усмешке.

— Тут я не помощник, мисс Лак.

— Молли.

— Точно. — Он улыбается. — День пока что проходит нормально?

Я смотрю на Кэша, потом опускаю взгляд на Эллу.

— Если честно? Гораздо лучше, чем я ожидала. Жизнь на ранчо не такая… одинокая, как я думала.

— Оно не всегда такое, знаешь ли. — В его глазах пляшут смешинки. — Горячие ковбои поблизости, милые детки повсюду, домашний лимонад в неограниченном количестве, чтобы охладиться…

Теперь уже моя очередь улыбаться.

— Ты забываешь, что всего пару дней назад я застряла с этим парнем на вершине утёса и у нас была всего одна лошадь, на которой мы проехали километров десять, чтобы вернуться домой. — Я киваю в сторону Кэша. — Я прекрасно понимаю, что сегодняшний день особенный.

— Скорее, километр с небольшим. Но мысль я уловил.

— Ощущалось как все двадцать. А то и больше.

Улыбка Уайатта медленно угасает, когда он снова смотрит на старшего брата.

— Хочешь, я проведу тебе экскурсию? Так сказать, компенсирую. Познакомлю с нашими работниками.

Я должна позвонить Уилер. И маме. И моей подруге Джен, которая недавно сообщила, что ждёт своего первого ребёнка от мужа, Эйбела. Гуди тоже выпросила у меня обещание просмотреть платёжные документы, которые оставила мне сегодня утром.

Короче говоря, мне действительно стоит вернуться в дом и заняться делами.

Но одна только при мысли о том, что я опять окажусь внутри, в одиночестве, с ноутбуком в качестве единственного собеседника, мне хочется вылезти из кожи вон.

Да, на улице невыносимая жара, и в воздухе стоит запах навоза. Да, я ничем не помогу ни в конюшне, ни в пастбищах. В лучшем случае, просто никому не помешаю. В худшем — снова кого-нибудь покалечу. Или себя заодно. Достаточно вспомнить, что случилось на днях.

Но всё равно… я хочу остаться.

И это проблема. По множеству причин.

— Тебе не за что извиняться, — говорю я. — Я знаю, у Кэша и так забот по горло.

— Я с радостью покажу тебе ранчо, Молли.

— Ты уверен? Я не хочу быть обузой…

— Теперь это твоё ранчо. — Он смотрит мне прямо в глаза. — Обуза ты или нет, но на твоём месте я бы захотелось узнать его получше. Всё будет в порядке. Мы все справимся, обещаю.

Но, бросая взгляд на Кэша, который теперь прижимается носом к мягкой мордочке Хэппи, я совсем не уверена, что сама справлюсь.