Ардан забрал с кафедры один из билетов и сел за свободный стол.

Теоретическая часть открывалась вопросом напрямую касающимся техники. Не самая сильная сторона Ардана, предпочитавшего работу с заклинанием, а не устройствами.

И тем не менее:

« Описание принципов работы стационарного линейного генератора; напряжение Зеленой-лей звезды; с камерой сгорания объемом в 1.4 литра.».

Так, сложными словами, звучала теоретическая часть вопроса. Ну а простым языком — «бытовой генератор для водопроводных насосов», потому что именно для таких целей подобные генераторы и использовались.

Ну а практическая часть:

' Условие: С неопределенной высоты, с постоянным ускорением падает предмет сложной геометрической формы, из материала малой плотности.

Задача: печать, нивелирующая возможность поломки предмета при столкновении с поверхностью более высокой плотности, нежели падающий предмет.

Пояснения:

Предельная разовая нагрузка для печати — 3 Красных Луча.

Предельная постоянная нагрузка для печати — 35 Красных Лучей генератора.'

Опять же, весьма жизненная проблема, имеющая под собой твердую практику. В данном случае описывалась заводская проблема. К примеру откуда-нибудь с крана в цеху упало изделие. Его требовалось спасти.

Вот и весь вопрос.

Теоретическая часть, хвала Спящим Духам, вновь не составила особой сложности для Арда, который не раз чинил генератор в « Брюсе» вместе с Аркаром.

Что касается практической части, то, видимо, данная печать выполняла весьма, внешне, простую функцию. Если ты ничего не знаешь о самом изделии, включая его параметры, то единственный способ, чтобы спасти образец — отталкиваться от известного.

Что, в данной задаче, известно Арду? Ускорение свободного падения, разумеется, константа, но в виду неопределенности геометрической формы, итоговая скорость может отличаться. Потому что только в вакууме киллограм пуха и железа падают с одинаковой скоростью, в реальности же все происходит несколько не так.

Так что данная константа, в случае с задачкой Конвела, не работает. А что работает? Факт того, что предмет упадет.

Арди улыбнулся.

Сколько раз он задумывался над тем, как можно избавиться от необходимости «зализывать раны» после очередного прыжка из окна, с крыши или… дирижабля.

Если отталкиваться от одной единственной, непреложной константы — предмет любой формы, объема и плотности не может зависнуть, сам по себе, в воздухе и обречен на неизбежное столкновение с землей, то… работать надо именно с этим.

А значит, единственный вариант, работать вовсе не с предметом, а как и в случае с задачкой эн Маниш, идти, так сказать, от обратного.

Плевать, что за предмет падает на землю, если никакой из предметов не разобьется и не сломается, правильно? Как этого добиться? Сделать землю эластичной и, через эластичность, перенаправить кинетическую энергию на растяжение поверхности, ну а чтобы предмет, как на батуте, не выстрелил куда-то в небо, то перенаправить уже энергию обратную процессу растяжения (возвращения поверхности в состояние покоя) в любой свободный приемник.

Предмет ведь уже упал. Потенциал уже создан. Так смысл его растрачивать в пустую и…

Арди завис, так и не опустив карандаш на лист бумаги.

Вот!

Вот его ответ на вопрос как ж улучшить Водную Пелену! Если ему удасться перенаправить энергию вражеского заклинания не внутрь печати Водной Пелены, а в иной резервуар, то он не просто нивелирует заклинание противника, а еще и…

— Студент Эгобар, — прохаживавшийся между столов профессор Конвел ненадолго задержался около Арди. — Вы выглядите немного странно. Все в порядке?

— Д-да, профессор, — закинувшись, ответил Ард и, буквально через пять минут, уже встал с места.

— Вам нужно выйти? — вздернул брови профессор Конвел. — Спешу напомнить, что пока экзамен не сдан, из аудитории нет выхода. Даже если вам, так сказать, приспичило по биологической причине.

— Я готов.

Конвел, в отличии от других профессоров, в том числе эн Маниш, нисколько не удивился. Пожав плечами, он прошел между столами и встал напротив своей кафедры, подняв с той стеклянный шар.

— Демонстрируйте, — профессор даже не озаботился тем, чтобы посмотреть лист Ардана или спросить, какую печать тот решил использовать.

Ардан вышел вперед и, внимательно вглядываясь в свой чертеж, ударил посохом о пол. На мгновение старый, потертый, коричневый ковер перед ногами Конвела окутала мерцающая, розоватая пленка, напоминающая пену, а затем исчезла, впитавшись внутрь ворса.

От взгляда Конвела, разумеется, не укрылась печать, воплощенная его студентом, так, с уже куда большим азартом, Конвел попросту перевернул ладонь.