– Боже, до чего же ты тупой… – Лео закатил глаза, глядя на Рика.

Он уже привык к этому. Да и пофиг. Он и вправду не был лучшим учеником в школе. Вот и обзавелся репутацией тупицы, и его кореша любили подшучивать над ним. Но Рик знал, что никакой он не тупица. Ему просто нравилось все тщательно обдумывать, поэтому иногда он казался немного тормозом. Но миссис Клемпнер, которая вела у них английский, однажды сказала ему, что знает: он понимает гораздо больше, чем показывает, и это была чистая правда. Она была одной из немногих, кто знал о нем правду.

Как бы там ни было, на сей раз он докажет, что они неправы.

– Алкоголь легко воспламеняется, – продолжал он. – И легко парится.

– Ты хочешь сказать, испаряется? – уточнил Брюс.

– Нет. Он ведь не исчезает, верно? Он превращается в пар.

– Какая жалость, что Зейн всего этого не видит! – заметил Лео.

– Так что, если поднести пламя к пиву, оно загорится. Я раз видел, как один чувак делал это на одной пьянке в Огасте.

Рик поднес горящую зажигалку еще ближе к пиву. Теперь уже в любую секунду.

– Такое делают не с пивом, Рик. А с коктейлями с высоким содержанием алкоголя, – объяснил Брюс. Он больше не улыбался. А приподнял брови и эдак вот посмотрел на Рика. Тот знал, что этот взгляд означает «хватит уже маяться дурью». Из всех его друзей Брюс был единственным, кто не слишком насмехался над ним.

Но на сей раз Рик не обратил на это внимания, потому что в любую секунду должно было полыхнуть. Он уже представлял, как изумятся его друзья. В кои-то веки Рику-тупице удалось выставить их идиотами! Он поднес пламя еще ближе к пивной пене, сосредоточенно просунув язык между зубами. Зажигалка уже реально нагрелась. Но теперь в любой момент… В любую секунду…

Тут зажигалка взорвалась, и вспыхнувшее пламя обожгло ему тыльную сторону большого пальца. Он что-то вякнул и выронил зажигалку, которая упала на дно стакана.

Лео оглушительно заржал и достал телефон.

– Погоди, я должен это зафотать.

С нарастающими разочарованием и яростью Рик уставился на зажигалку на дне своего стакана с пивом. Он уже собирался схватить этот стакан и выплеснуть его содержимое Лео в рожу, когда Брюс выхватил телефон у того из рук.

– Какого хрена, чувак? – огрызнулся Лео.

– Хватит уже, – сказал Брюс.

– Эй, отдай мне мой телефон!

– Хватит, – повторил Брюс, стиснув зубы.

Лео откинулся на спинку стула.

– Да пофиг.

– Это должно было получиться, – пробормотал Рик.

– У меня дома есть бутылка водки, – сказал Брюс. – Мы можем попробовать с ней.

– Угу, ладно, – отозвался Рик, слегка смягчившись.

Откинувшись назад, он оглядел другие столики. Ронда и Мэл сидели напротив друг друга в углу. Лица Мэл ему не было видно – а жаль, потому что смотрелась она отпадно, та еще куколка. Ронда тоже была неплоха, только малость плосковата по части сисек. Но у нее были красивые губы и классная жопа. Сейчас она сидела, так что жопа была не на виду, но Рик мог детально себе ее представить, даже не глядя. Перехватив его взгляд, она многозначительно посмотрела на него, а он подмигнул ей. Потом закатила глаза и подалась вперед, чтобы что-то прошептать Мэл. Однажды он пригласил Ронду на свидание, но она так быстро его обломала, что он больше никогда не пытался. У каждого парня есть своя гордость. В любом случае, кому охота появляться на людях с такой ходячей доской, как она?

В этом городе так принято. Просто здорово, что его еще не захомутали, так что у него имеется, так сказать, свобода действий. Но он знал всех, и все знали его, и, помимо Тифф, которая иногда напивалась и присылала ему сообщения с приглашением заглянуть в гости, соваться было особо некуда.

Рик бросил взгляд на незнакомку, которая недавно зашла в бар. Посмотреть есть на что, спору нет, только вот держится так, будто считает себя эдакой штучкой. Для которой он рылом не вышел. Теперь она сидела за барной стойкой спиной к нему. Жопа у ней тоже ничего… Может, и не хуже, чем у Ронды. Хотя Рик сомневался, что они согласятся встать рядом друг с другом, чтобы он мог сравнить.

С ней разговаривал старик Рассел, и вид у нее был такой, будто к ней обращается садовый слизняк. Пожалуй, это шанс. Можно подойти, выступить в роли ее спасителя, велеть Расселу, чтоб отвалил. А потом, может, угостить ее выпивкой, потрендеть о том о сем…

Рик встал.

– Куда это ты намылился? – спросил Лео. Он все еще немного дулся.

– Возьму себе новое пиво. В этом моя зажигалка, – ответил Рик, после чего шагнул к стойке. Женщина обернулась, чтобы посмотреть на него.

Рик замер. Он знал эти глаза. Эти чертовы карие глаза, которые преследовали его во сне и наяву. Он ни с чем бы не спутал их, ни за что на свете, даже через тысячу лет – после того, как увидел их вблизи, широко раскрытые и полные ужаса. Ему часто снилась та ночь, когда все полетело к чертям. Вся эта кровь. Рот Виктории, беспомощно хватающий воздух, не способный втянуть его. И она, стоящая там, глядящая на него своими широко раскрытыми карими глазами.

Но этого не может быть! Нет ни малейшего шанса, что это она! Она исчезла навсегда, с концами, черт возьми!

Только это и вправду была она. Теодора Бриггс. Прыщей как ни бывало, выглядит на миллион баксов, смотрит прямо на него…

Рик посмотрел на своих дружков. Лео не знал ее – он переехал в Крамвилл всего пару лет назад. Но Брюс…

– Брюс, – пробормотал Рик. – Глянь-ка на ту цыпочку.

Тот перевел взгляд к стойке.

– И чё?

Он не узнал ее. Большинство людей не узнали бы. Она стала совершенно другой. Хотя глаза у нее были все те же.