Конечно, он счастлив, что наконец кто-то воздал должное Арианне. На этих пустынных несчастных островах ее красоту, ее культуру никто даже не воспринимал по-настоящему. Мать считала ее слишком хрупкой и тощей. У здешних простых людей сущность красоты неотделима от понятий «изобилие», «полнота», «основательность». А ее образование? Кто мог оценить тут ее образование и воспитание? Однако вот эти двое юношей мгновенно всё поняли. Более того, поразились. И он гордился этим. Потому что — теперь стало ясно — он сделал все, чтобы показать им свою Арианну во всей ее изысканности и блеске. Теперь-то он понимал, что хотел пробудить в них желание.

И это походило на замкнутый круг. Их восхищение тешило его тщеславие, и ему хотелось, чтобы девушка блистала еще более. Но вдруг он почувствовал опасность. Он испытал удар, когда увидел, как эти молодые мужчины вьются вокруг нее, ухаживают за ней, разглядывают, изучают, пишут ее портрет. Он пробудил в них желание и теперь испытывал ревность. Кто эти непрошеные гости, проникшие в его жизнь и соблазнявшие его дочь? Они соблазняли девушку, когда говорили о ее красоте, пробуждали в ней желание нравиться, как бы намекали на возможную любовь.

Эти мужчины увлекали Арианну в свой мир. Они сделали ее частью своего мира, и это льстило ей. Теперь она уже не будет такой, как прежде. Отныне она станет смотреть на острова, где выросла, как на маленький жалкий мирок. Возможно даже — как на тюрьму. И начнет мечтать о поездке на материк, в большой город, о роскошной жизни, любви, замужестве. Но разве не для этого именно он столь заботливо растил ее, так самоотверженно воспитывал? Он дал ей образование и воспитание именно для того, чтобы она смогла выйти в этот широкий мир. Не для того же, конечно, чтобы оставаться всю жизнь на этих крохотных островах.

И что же теперь так расстраивает его? Рано или поздно подобное должно было случиться. Он понимал это. Но всё произошло уж чересчур быстро. И самое главное — слишком резко, грубо, внезапно. Он предпочел бы, чтобы она познакомилась с другими молодыми людьми — с местными, более близкими по социальному положению, если не по культуре и воспитанию. Он считал, было бы лучше, если бы она знакомилась с юношами на праздниках, на танцах и могла бы более здраво судить обо всем. Но ей встретились сам молодой маркиз Россоманни и знаменитый живописен, который к тому же написал ее портрет. И от этого она сразу же оказалась в центре мироздания, в один миг ощутив то, что должно было прийти постепенно, с годами.

Падре Арнальдо поднялся и прошел к окну своего кабинета, выходившему на юг. В дверь постучали. Полагая, что пришел кто-то из монахов, он, не оборачиваясь, произнес: «Войдите!» — и когда увидел вошедшего, весьма удивился. Перед ним стоял молодой маркиз Россоманни, с восхищением и волнением смотревший на портрет Арианны.

— Садитесь, маркиз, — предложил священник, указывая на кресло. — Должен поблагодарить вас за портрет. И Аппиани, конечно, тоже. Превосходная работа.

Падре Арнальдо заметил, что молодой маркиз возбужден, взволнован и явно нервничает. Его выдавали пальцы, которые он судорожно сжимал.

— Чем могу быть полезен вам, маркиз?

— Мне нужно поговорить с вами, монсиньор Дзола. Я должен поговорить с вами об Арианне.

И тут падре Арнальдо ощутил удар в самое сердце. Он почувствовал опасность, огромную опасность, причем где-то совсем близко, хотя и не знал еще где. Что нужно этому человеку от него и его Арианны? Он сделал усилие и взял себя в руки.

— Вот как?

Падре Арнальдо, я обращаюсь к вам, а не к отцу Арианны, поскольку у меня сложилось впечатление, что именно вы ее настоящий опекун, человек, который больше всего о ней заботится. Она ведь ничего не станет предпринимать без вашего согласия, без вашего одобрения.

Молодой маркиз явно не знал, как подойти к главному. Растерялся, как школьник… как человек, который пришел просить руки девушки! И едва лишь эта мысль возникла в голове священника, его беспокойство обернулось настоящей паникой. Но он еще решительнее взял себя в руки.

— Что случилось, маркиз? Объясните, пожалуйста, яснее.

Маркиз выпрямился и посмотрел ему прямо в глаза. Потом перевел взгляд за окно, поднялся и встал перед ним.

— Я люблю Арианну и прошу вас помочь мне жениться на ней.

Вот и произошла катастрофа, та самая, которой он так опасался, мысли о которой гнал прочь. И вполне логично, что произошла. Молодой человек, многие годы проведший в военной академии, попадает на изумительные острова, в свои собственные владения, где не ведает никакого страха, не знает никаких проблем, не обязан никому повиноваться. Он свободен. Приезжает с другом. И встречает на островах очаровательную, умную, образованную молодую девушку, которая в сотни раз привлекательнее и воспитаннее тех дурочек, каких он видел раньше. Он проводит с ней два месяца, целых два месяца! Они прогуливаются по островам, слушают музыку, любуются закатами, лунным светом. И влюбляются друг в друга.