Он закидывает мою ногу себе на бедро, входя глубже, и не отстраняется, ещё нет. Его губы находят мои, и он целует меня пылко, без паузы или колебания. С тех пор как я начала свой путь к выздоровлению, я стала видеть нежелание в глазах Ло. Оно было ночным пассажиром нашей страсти. Я никогда не думала, что он обретет достаточно уверенности в себе, достаточно доверия ко мне и достаточно надежды на наши отношения, чтобы оставить все эти колебания. Чтобы заниматься со мной любовью так безудержно, чтобы каждое движение было импульсом и ни о чем не приходилось задумываться.

Это просто естественно.

Он делает толчок и позволяет мне двигать бедрами навстречу ему. Из меня вырывается стон, и звук застревает в горле. Он улыбается, и его движения становятся жестче, агрессивнее. Я больше не пытаюсь прижаться к нему всем телом, не тогда, когда я сжимаю его бицепсы так, что белеют костяшки пальцев, и держусь изо всех сил.

Его низкие стоны заполняют мои уши и доводят моё тело до предела. Я чувствую, что поднимаюсь по крутой горе к своему пику.

— Ло, — задыхаюсь я. — Я не могу... больше терпеть...

Он перестает двигаться, и я издаю непроизвольное хныканье. По крайней мере, мне кажется, что это было непроизвольно. Я бы никогда не издала этот звук по собственной воле.

Ло вытирает рукой пот с моего лба.

— Ну же, — говорит он мне, параллельно покрывая мою шею легкими, как перышко, поцелуями.

Сейчас?

— Ты перестал двигаться, — напоминаю я ему, извиваясь под ним, и он отстраняется, стискивая челюсть.

Ооо. Он испытывает некие трудности.

Его руки обхватывают мои бедра, не давая мне двигаться.

— Пожалуйста, кончи сейчас, — говорит он мне, — потому что, когда я начну двигаться, и ты испытаешь оргазм, я кончу.

— И что? — я хмурюсь. — Мы можем сделать это снова после. Я отсосу...

Его рука поднимается к моему рту, заглушая мои слова.

— У нас нет на это времени. Рай... — он прерывает себя. — Люди вернутся домой из спортзала через полчаса.

Он убирает руку. Я гримасничаю. Ничего не могу с собой поделать.

— Ты почти назвал его имя. И теперь ты хочешь, чтобы я кончила?

Он слегка двигает бедрами, и от давления его члена мое тело немеет и проясняется в голове.

— Аааах.... — стону я в руку.

— Кончай, — приказывает Ло, довольно грубо.

— Ты злой, — бормочу я в подушку, уткнувшись в неё щекой.

Его губы касаются моего уха.

— Сначала я сказал Пожалуйста. Ты просто не послушала.

Он откидывает мои волосы с лица, в то время как мои ноги крепко обхватывают его талию. А потом его руки опускаются к моей рубашке. Она распахивается прежде, чем я успеваю что-то сказать.

В его движениях по-прежнему нет нежелания.

Он смотрит на мой бюстгальтер так, будто тот его оскорбил.

— Похоже, ты не Халк, — улыбаясь, говорю я.

Его лишенные юмора глаза переходят на мои, а затем он задирает лифчик до подбородка, и моя грудь вываливается наружу. Твою мать. Я тянусь, чтобы прикрыть их, отчасти просто для того, чтобы разозлить его, но он опережает меня, хватает за запястья и поднимает их над моей головой, и когда он это делает, его таз двигается, и я разрушаюсь под ним.

Мои стоны тихие и больше похожи на хныканье, нежели на звуки удовольствия. Ло испускает тяжелый вздох и сжимает зубы, словно пытаясь сдержать себя.

Мысль о том, чтобы кончить, звучит крайне блаженно. Но я не уверена, что смогу сделать это без его помощи. Думаю, он это знает. Его язык ласкает мой затвердевший сосок, и я пытаюсь дернуться вперед, но его большое, тяжелое тело прижимает меня к кровати.

Мне не нужно много усилий, чтобы возбудиться.

Он нежно посасывает маленький бугорок, а затем поднимает голову.

— Просто подумай о моем члене, любовь моя, — говорит он. — Он ждет тебя, очень, блять, нетерпеливо. Разве ты этого не чувствуешь?

Да. Я чувствую себя очень, очень заполненной.

Я повторяю его слова в голове и сосредотачиваюсь на его эрекции. Моё влагалище сокращается, крепко сжимая его. Он убирает одну руку с моих запястий и опускает её к моему клитору, потирая его так быстро, что я вскрикиваю. Весь мир вращается, я ложусь на спину, едва цепляясь за его неподвижное тело, наслаждаясь волнами удовольствия, которые накатывают на меня. Одна за другой. Снова и снова. Пока мой клитор не становится слишком нежным на ощупь, заставляя меня вздрагивать, когда он прикасается к нему.