— Э-э-э... — Лили растягивает слово. — Ло?

Она выглядывает из-за дивана, ожидая, когда я вернусь, чтобы разобраться с этим вопросом. Щеки у неё помидорно-красного цвета.

Повесив куртку Дэйзи, я закрываю шкаф и сажусь на королевское кресло Роуз.

— Это не столько правило, сколько рекомендация.

На моем лице появляется горькая улыбка. А затем я беру пульт дистанционного управления, собираясь увеличить громкость трансляции Новогоднего шара на Таймс-сквер от GBA.

— Вы уверены, что Райк и Роуз знают, что это рекомендация, а не правило? — спрашивает нас Дэйзи. — Думаю, они бы очень расстроились... — она облизывает свои пересохшие губы. — Я имею в виду... это ведь не считается рецидивом, верно?

Чувство вины заполняет лицо Лили.

Я становлюсь серьезным.

— Нет, — быстро вмешиваюсь я. У нас сейчас всё, блять, хорошо. Она уверена в себе, а не компульсивна. Я не позволю их страхам испортить её прогресс. — Не то чтобы я очень хотел объяснять тебе это, — добавляю я, а потом гримасничаю. Как всегда, Лорен. — Терапевт Лили говорит, что мы можем двигаться вперед в зависимости от того, насколько хорошо она себя чувствует.

Это абсолютная правда, но даже если бы Роуз и Райк побеседовали с доктором Бэннинг, они, вероятно, всё равно посчитали бы, что Лили нуждается в большей структуре и ограничениях. Внешне она выглядит отстраненной и тревожной, но в основном это из-за СМИ.

Это сложно.

На лице Дэйзи появилось страдальческое выражение.

— И у тебя всё хорошо? — спрашивает она сестру.

Лили кивает, но у неё очень мало доказательств этого, учитывая, что она прячется под столами, уворачивается от камер и изолируется от людей.

— Эй, Дэйзи? — я потираю затылок, мои глаза сужаются. — Ты можешь никогда не рассказывать моему брату о том, что ты видела сегодня вечером? И вообще, давай оставим это между нами.

Лили говорит: — Пожалуйста. Мы стараемся не афишировать нашу сексуальную жизнь.

Дэйзи не глупая.

В её голове двигаются шестеренки — она думает, что мы вышли на опасную тропинку. Это не так. По крайней мере, пока.

Лили сжимает руку Дэйзи, а потом говорит: — Хочешь мороженого? Роуз запаслась мороженым c двойным шоколадом для тебя.

— Мне нельзя... у меня фотосессия на следующей неделе.

— Оу, — говорит Лили, её глаза наполняются раскаянием.

— Нет, всё в порядке, — Дэйзи обнимает сестру в ответ, и вот так их отношения меняются на противоположные. Дэйзи подбадривает Лили, что только заставляет Лили чувствовать себя ещё хреновее. — Давайте просто посмотрим фильм после обратного отсчета. Кому нужно мороженое, верно?

Затем дверь снова распахивается.

И мы с Лили смотрим на Дэйзи. Её верность нам сейчас будет проверена.

11. Лили Кэллоуэй

.

0 лет: 04 месяца

Декабрь

В дверь врывается задумчивый и в основном раздраженный парень ростом в сто девяносто сантиметров.

— Я, блять, ненавижу людей, — заявляет он, едва взглянув на Ло, сидящего в кресле. Мне, как и Дэйзи, приходится выглянуть из-за дивана, чтобы увидеть Райка.

Он стремительно направляется на кухню сердитой походкой и исчезает через арку.

— Не то чтобы мне не нравилось, что ты здесь, — кричит Ло с другого конца комнаты, — но ты сказал, что проведешь Новый год плескаясь в детском бассейне того парня из братства.

Райк возвращается из кухни с пакетом готового попкорна и бутылкой воды.

— Это была его джакузи, а он выпустился в мае, как и я.

Райк, должно быть, не очень весело провел время на вечеринке своего друга. Его недовольное выражение лица говорит само за себя. Ирония судьбы: у нас с Ло была довольно хорошая ночь, несмотря ни на что. Обычно мы находимся по другую сторону забора.

— Можешь себе представить: джакузи, полная парней из студенческого братства? — спрашивает Дэйзи, подталкивая меня своим локтем, на её губах играет улыбка. Звучит, как одна из моих фантазий. До Лорена Хэйла. Но опять же, Райк не был бы участником моей фантазии о джакузи.

Я не отвечаю ей, но, тем не менее, замечаю, как напрягаются мышцы Райка при звуке голоса Дэйзи, он явно удивлен её присутствием здесь.

Райк обходит диван, чтобы встать лицом к нам, и окидывает Дэйзи долгим взглядом, который кажется достаточно дружелюбным.