— Я положила его вместе с нашим дорожным путеводителем.

Я беру пакет с бейглами и кладу его на остров. Глаза Коннора снова устремляются на меня, в воздухе нарастает напряжение. Он уже одет в белую рубашку и черные брюки.

Я засовываю бейгл себе в рот, достаю ещё один и закручиваю пакет.

Коннор обращается к Роуз по-французски, и она огрызается в ответ на том же языке.

Слишком привыкший к французскому, чтобы это меня беспокоило, я просто наливаю себе кофе и кладу ещё один бейгл в тостер.

Потом Коннор говорит: — Ло...

Я не оборачиваюсь, направляясь в гостиную, и просто указываю на тостер.

— Я не собираюсь намазывать его маслом для тебя.

Откусываю от бейгла и лишь раз оглядываюсь. Да, я приготовил парню завтрак — маленький-маленький знак мира между нами.

Наблюдаю, как его губы растягиваются в одну из тех искренних улыбок, в которых нет и следа высокомерия, и добавляю: — Но это не значит, что я всё ещё не злюсь на тебя.

Я не позволю ему так просто сорваться с крючка, но сомневаюсь, что эта ссора продлится долго.

— Я предпочитаю, чтобы мои друзья злились, — говорит Коннор. — Так я выгляжу лучше.

— Слишком рано, — говорю я ему, доедая свой бейгл и возвращаясь в гостиную.

Я практически чувствую, как его ухмылка за моей спиной становится шире. И мне требуется минута, чтобы осознать, что тоже улыбаюсь.

26. Лили Кэллоуэй

.

0 лет: 07 месяцев

Март

Я недооценила количество людей, которые смотрят «Принцесс Филадельфии». Пара подростков потягивает латте и выглядывает из-за высокого книжного стеллажа, перешептываясь, в то время как они шпионят за нами с Ло. Невозможно быть невидимыми, когда камера Бретта направлена на нас.

Я продолжаю спрашивать себя, почему мы уехали из таунхауса. Мои брови хмурятся. У меня нет ответа, поэтому я поворачиваюсь к Ло, который изучает отдел научной фантастики и фэнтези в местном книжном магазине.

— Почему мы уехали из таунхауса? — спрашиваю я.

— Чтобы подышать свежим воздухом.

Он достает небольшую книгу в мягкой обложке и просматривает аннотацию. В основном он читает комиксы, но иногда заглядывает и в эти жанры. Он прочел «Игру престолов» до того, как посмотрел телесериал. Я сказала ему, что дочитала первую книгу, но на самом деле я просто пролистала её и прочитала части Арьи.

Она лучшая.

Смех доносится со стороны стеллажа позади нас. Мои плечи наклоняются вперед, и я надеюсь, что это не из-за того, что я что-то сделала.

— Дома воздух был довольно свежим.

Он бросает на меня взгляд, который говорит: Я не хочу, чтобы ты превратилась в маленькую испуганную отшельницу. Его глаза говорят громче слов. Это факт.

Я делаю сильный вдох и пытаюсь последовать примеру Ло. Просто расслабься, Лили. Веди себя непринужденно. Я разжимаю руки и осматриваю ряд книг. А потом замираю, чувствуя, как на меня устремляются круглые глазки.

Медленно поднимаю взгляд и замечаю человека с копной каштановых волос, который наблюдает за нами сверху стеллажа. Он быстро отворачивается, когда наши глаза встречаются.

Твою мать.

Я не могу этого сделать.

Не могу.

Я хватаю Ло за руку, моя грудь сжимается параноидальным, ненормальным образом, быстро тащу его в ближайшую уборную, игнорируя тот факт, что Бретт следует за нами и закрываю дверь перед оператором, прежде чем он успевает войти.

Он стучит в дверь в знак протеста.

— Я писаю! — кричу я.

Его кулак, должно быть, опускается, потому что снаружи становится тихо.

Мои глаза бешено осматривают дверь, как будто кто-то собирается ворваться в любую секунду.

— Все пялятся на нас, — шепчу я Ло и дрожу, как будто все глаза прикованы ко мне. Как будто они видят меня здесь.

Когда я поворачиваюсь к Ло, его взгляд смягчается. Готовлюсь к эпической ободряющей речи. Он держит меня за бицепсы.

— Ты — сексуально зависимая, а я — алкоголик, — говорит он, — и весь гребаный мир это знает. Нам стоит привыкнуть к тому, что люди пялятся, любовь моя.

Он, конечно, прав. Мой разум, кажется, успокаивается, но тело пока не слушается. Мои ноги подкашиваются, а плечи немного дрожат, я на взводе.