Нет.

— Старше двадцати, — объясняет Ло. — Красивые волосы.

Я жду продолжения, но это всё.

— Ужасное описание.

— Если я обрисую всю картину, ты, с таких же успехом, можешь просто посмотреть на них сама.

И начать фантазировать о ком-то ещё, кроме Ло? Нет, спасибо. Мой разум находится в режиме боеготовности. Мне нужно принять меры предосторожности, заблокировать его, пока он не предал меня.

Ло указывает на подиум и говорит Райку: — А что, если это её парень?

— Тот блондин без рубашки?

Лицо Райка становится серьезным, а челюсть напрягается.

— Не надо выглядеть таким расстроенным из-за этого.

— Ему, наверное, двадцать восемь, — отвечает Райк.

— Не может быть, ему, скорее всего, семнадцать. Модели обычно выглядят старше своих лет.

— Пример №1, — вклиниваюсь я, — моя сестра.

Дэйзи принимали за двадцатилетнюю студентку колледжа так же часто, как меня за подростка.

— Именно, — добавляет Ло.

— Это, наверное, тот парень, — говорит Райк, быстро указывая на кого-то.

Любопытство заставляет меня посмотреть в ту сторону. Модели далеко не так привлекательны, как Ло, поэтому я облегченно вздыхаю и нахожу парня, которого выбрал Райк. Он высокий, долговязый, с большими ушами и бритой головой. Не могу представить его рядом с Дэйзи. Вообще. Они слишком разные. Может быть, именно поэтому мы с Ло начинаем смеяться одновременно.

С другой стороны подиума я замечаю, как Роуз закатывает глаза, глядя на нас, но ее губы приподнимаются, когда она снова шепчет что-то Коннору. Несмотря на свой обычный холодный взгляд, она излучает счастье. Может быть, потому, что мы с Ло излучаем светлые чувства, а не тяжелые.

И Скотт, казалось, только сблизил Роуз и Коннора, а не разлучил их. На короткую секунду продюсер встречается со мной взглядом. Зачесывает назад свои темно-блондинистые локоны, его улыбка такая же сальная, как и его волосы.

Он подмигивает мне.

Я вздрагиваю. Моя тяга к сексу начинает резко улетучиваться, и я с радостью возвращаю свой взгляд к своему парню.

— Конечно, — говорит Ло своему брату. — Из всех моделей Дэйзи выберет самого странного.

— Мне не от чего отталкиваться, — рычит он, практически дуясь. — Я же не знаком с ее бывшими парнями.

Я смотрю на Ло.

— Ты знаком с её бывшим? Его звали... Джош, кажется.

Мои глаза фокусируются на розовых губах Ло.

Он напряженно думает, и я вижу, как морщится его лоб в раздумьях.

Поцелуй его.

Позже.

— У него было среднее телосложение, каштановые волосы, — вспоминает Ло и наклоняется к нам, чтобы не мешать показу.

Серьезно, все разговаривают.

Это описание не вызывает у меня никаких эмоций.

— Почему мы не видели ни одной фотографии ее нового парня? — спрашиваю я их. — Разве он не должен быть в таблоидах?

Я проверяю их ежедневно, и ничего. Никаких заголовков с: У Дэйзи есть горячий парень-модель!

— Я бываю с ней, когда она в городе, — объясняет Райк, — а она почему-то отказывается брать его с собой. Это пиздец как странно.

— Может, его не существует, — предполагает Ло.

— Я думал об этом, — говорит Райк, — но у неё...

Он морщится и жестом указывает на свою шею.

Ло стонет.

— Боже. Прекрати... для меня ей всё ещё тринадцать.

— Что? — я оживляюсь.

Засосы. Должно быть, они про засосы. Но я не хочу, чтобы Райк назвал меня извращенкой на публике, даже в шутку, поэтому не предлагаю свою догадку.

— Засосы, — говорит он. Так и знала. — Вы, наверное, увидите их в эпизоде на следующей неделе.

Ло стонет ещё больше и сжимает переносицу.

— Почему у нее вообще есть парень?

— Секс, — выпаливаю я.

Они оба пялятся на меня сверху вниз, как бы спрашивая: Какого хуя? Их сердитые, мрачные взгляды могут убить, они выглядят как братья. Это заставляет меня осознать, что говорить о сексе было неверным решением.

Теперь я поднимаю руки в защиту. Дэйзи уже давно пытается найти «того самого». Но она всегда везде, где только можно: занимается подводным плаванием, паркуром, скейтбордингом и т.д. Иногда, когда тема касается парней, она всегда делится одной и той же, неудовлетворительной историей.

— Это логичная догадка, — шепчу я. — Она пытается... ну, вы понимаете.

— Нет, не понимаем.

Райк смотрит на меня так, будто я говорю на другом языке. А я то знаю, что говорю по-английски.