— В этой бумаге написано, — объявил тощий мужичонка, поднявшийся на помост. — «Третьего дня пятого месяца сим подтверждаю, что раб мужчина шести с половиной футов роста крепкого сложения с черными волосами был продан торговцу Ерегу Крутому по цене сто золотых монет. И с того дня принадлежит торговцу Ерегу Крутому для личного использования и перепродажи». Все!

В толпе послышался шепот и облегченные вздохи.

— А теперь уберите отсюда девчонку, — визгливо заорал торговец.

К Динке, размахивающей ножом, подойти не рискнули. Но тут на помост вскочил надсмотрщик с длинным кнутом в руках и взмахнул им. Кнут со свистом рассек воздух. Но Динка не собиралась так просто сдаваться. После того, как она нашла Дайма, она теперь от него не отойдет. Она шагнула вперед прямо под свистящий конец хлыста, подставила свободную руку и ухватила кнут посередине. Свободный конец змеей обвился вокруг ее предплечья. Руку обожгла боль, но это было ей сейчас очень кстати. По дорожке кожаного ремня, связывающего рукоять кнута в руках надсмотрщика и предплечье Динки побежали языки пламени.

— Динка! — Дайм, Шторос, Тирсвад и Хоегард крикнули одновременно и рванулись к ней. Ближе всех был Дайм и он, извернувшись в кандалах, с силой толкнул ее на помост в тот момент, когда прогремел выстрел.

Динка не успела ничего понять, как трое свободных варрэнов стащили ее с помоста и скрутили так, что она едва могла дышать. Дайм остался прикованный к столбу.

Динка отчаянно брыкалась в руках Тирсвада и пыталась укусить за руку, которой он зажимал ей рот. Но с тем же успехом она могла пытаться перебороть скалу.

— Отпусти меня, я сожгу их всех, — шипела она в руку, закрывающую ей рот.

— Тише, Динка, тише, — к ее уху склонился Хоегард. — Здесь два десятка гвардейцев с огнестрельным оружием. И они явно не на нашей стороне. Ты хочешь, чтобы нас здесь всех перестреляли?

Динка помотала головой.

— Тогда успокойся. Сейчас что-нибудь придумаем. Попытаемся его выкупить или проследить куда его поведут. Мы не оставим Дайма, слышишь? Мы уже нашли его, — Хоегард успокаивающе погладил ее по голове, и Динка обмякла в держащих ее руках Тирсвада.

— Умничка, — похвалил ее Хоегард и привлек к себе.

На помосте тем временем разворачивался торг.

— Начальная цена за такого красавца двести золотых, — распинался торговец, — Двести золотых! Кто даст больше?

— Двести десять!

— Двести пятьдесят!

— Двести восемьдесят! — послышались из толпы выкрики.

— Триста! — поднял руку Шторос, но тут же опустил ее. В его бок и в спины остальным варрэнам ткнулись дула ружей гвардейцев. Они незаметно подкрались, пользуясь тем, что варрэнов окружала толпа других покупателей, и приставили оружие прямо к груди.

— А вы, уважаемые, в торгах не участвуете, — хмуро сообщил один из гвардейцев.

— Требую объяснений, — грозно отозвался Шторос, не обращая внимания на приставленное к сердцу оружие. — По какой причине вы отстраняете нас от торгов?

— Вы арестованы за нарушение общественного порядка, — сообщил им гвардеец. — И приговариваетесь к десяти суткам заключения под стражу.

— Десять суток заключения за одну только выходку глупой девчонки? — удивился Шторос. — Здесь вы, уважаемые, перегибаете палку.

— За ношение оружия, угрозу стражам правопорядка, нанесение оскорбления честному торговцу… — начал перечислять гвардеец. — Еще вопросы есть?

Динка стояла, заледенев внутри. Их арестуют на десять дней. За это время Дайма выкупят и увезут на край света. Они больше никогда его не найдут.

— Не шевелись, — шепнул ей Хоегард, но его предупреждение было излишне. Она и так не могла даже дышать от горя.

— Шагайте за мной, — распорядился главный гвардеец, и тут же им в спины ткнулись дула ружей.

— Я попытаюсь уйти? — шепнула Динка в плечо Хоегарду. Но он отрицательно покачал головой и крепче сжал ее руку. Это было слишком опасно.

— Уважаемый, — негромко обратился Шторос к начальнику гвардейцев, поравнявшись с ним. — Может быть мы с вами договоримся за хорошую плату? Зачем сразу в тюрьму? Ведь мы не сделали ничего плохого.

Гвардеец молчал.

— Ведь вы прекрасно понимаете, что раб на площади — наш близкий друг. Ни с какой Искории его не привозили. Мы готовы хорошо заплатить вам, чтобы уладить это недоразумение, — продолжал Шторос. Но гвардеец в ответ лишь ухмыльнулся.

— Что скажете? Дайте мне ответ, — не отставал Шторос.

Гвардеец повернулся к нему и пристально поглядел на него.

— А ведь ты прекрасно понимаешь, что вы так и так заплатите мне все, что у вас есть. Но в тюрьме, к сожалению, вам придется отсидеть. Так как Ерег — мой близкий друг, и я не могу вам позволить сорвать ему удачную сделку, — насмешливо проговорил гвардеец и отвернулся. Говорить больше было не о чем.

Тюрьма в Эрасте была не в пример той, из которой они когда-то бежали. Или их привели в тюрьму для легких проступков. Но это было обычное двухэтажное здание, без кованных ворот и лабиринтов подземных камер.