– Ты знаешь, что я спрашивал не об этом. Я спросил, готов ли ты.

– Почему тебя это так волнует? – мои глаза поймали его.

Я вел себя как придурок. Ничего нового. Я думал, что мы с Калли собирались пойти разными путями, и это должно было заставить меня чувствовать себя лучше, легче. Но мне казалось, что я тону. Меня целиком поглощала тьма, окружавшая меня каждую секунду изо дня в день.

– Я знаю, каково это, когда у тебя все отнимают.

Я предположил, что он говорил о Деклане. Потому что именно это волновало людей – несчастный случай с Декланом. Его мечты. Его жизнь. Но затем он добавил:

– Нелегко быть лидером команды вместо него.

Брэд ушел, вероятно, почувствовав тяжесть предстоящего разговора. Я судорожно вздохнул, проведя рукой по лицу.

– Это гребаная шутка.

Мэверик слегка кивнул мне.

– Я был удивлен, когда узнал, что ты перевелся.

– Нас таких двое, – я никогда не забуду тот момент, когда мой отец рассказал мне о своем грандиозном плане по спасению господства Мессия в СУ. – Отец говорил, что я должен был сделать это ради Деклана. Ради нашей семьи.

Я спорил. Конечно, я спорил. Но это не имело никакого значения. Как только у моего отца появлялся план, он всегда доводил его до конца. И было легче согласиться с этим, чем бороться с ним. Кроме того, мой брат лежал в коме... Как, черт возьми, я должен был сказать ему «нет»?

– Это все очень тяжело, если тебе когда-нибудь понадобится с кем-то поговорить...

– Да, да, Принс, я понял.

– Ты так легко от меня не отделаешься, – ухмыльнулся он. – Я могу быть довольно настойчивым.

– Ло в городе? – я сменил тему разговора. Я не мог представить, что он оставит ее в Уикли-Бэй. Эти двое были парой тысячелетия. Влюбленные школьники, которые выдержали испытание временем и четырьмя годами университета.

– Нет, у нее девчачий уикенд. Она, моя мама и сестры заняты планированием свадьбы.

– О, черт, точно. Уже скоро?

– На Рождество. Мы проведем праздничные дни на озере Тахо.

– Брак – это большой шаг, чувак, – сказал я.

– Не тогда, когда ты находишь подходящую девушку, – все лицо Мэверика засветилось, что-то перевернулось глубоко внутри меня.

Я думал, что однажды нашел подходящую девушку. Мы были юными – чертовски юными, чтобы мечтать о вечности, – но это не помешало мне представлять жизнь с Калли.

– Ты был у него? – спросил меня Мэверик, и я замер. – Эй, расслабься, – он посмотрел на мою руку, ту, на которой побелели костяшки пальцев, сжимавших пиво. – Как бы то ни было, я тоже не думаю, что смог бы это сделать. Но твои родители действительно хотят...

– Серьезно? – я начал сопротивляться. – Ты пришел сюда, чтобы выполнить их приказ?

– Это не так, и ты это знаешь, – его улыбка ослабла. – Но я кое-что знаю о семье, Зак. И, несмотря на то что, мы думаем, будто она нам не нужна, или как сильно она причиняет порой боль, ты не захочешь в старости сожалеть об этом, чувак.

Я вздохнул.

– Знаешь, я когда-то был очень похож на тебя. Зол на весь мир и на всех, кто меня окружает.

– Я не злюсь.

Он бросил на меня понимающий взгляд.

– Я понимаю, понимаю. Трудно нести груз ожиданий людей. Иногда нужно избавляться от этого. Иногда ты должен ставить себя на первое место. Я лишь говорю, тебе надо убедиться, что это то, чего ты действительно хочешь. Сейчас ты здесь. На мой взгляд, ты можешь провести следующие два года, живя в тени Деклана, или ты можешь доказать всем, что заслуживаешь быть здесь. Что тебе есть, что предложить. Ты не он, Зак. И это нормально.

Я почувствовал, как меня словно ударили.

Было похоже, будто он заглянул в мою душу, вытащил оттуда все мои сомнения и выложил их передо мной.

Я подозвал бармена и заказал что-нибудь покрепче.

– Ты в деле? – спросил я его.

– Я выпью с тобой, Мессия, – поддразнил Мэверик. – Но только если ты пообещаешь подумать о том, что я только что сказал.

Подумать об этом?

Я не мог перестать думать об этом.

Бармен поставил наши стаканы на стойку.

– За новый сезон, – Мэверик поднял свой бокал и наклонил его в мою сторону.

– За новый сезон, – сказал я.

– Ты можешь почитать Деклана, не пытаясь быть им, Зак.

– Ты не знаешь, каково это... Я приехал сюда, и они просто приняли меня, – это было чертовски странно. До сих пор.

– Потому что они хорошие парни. Сильная команда. И потому, что твое имя что-то значит для них. Они уважают тебя.

Мои губы сжались. Хотя в этом-то и было дело. Я не хотел их слепого уважения. Я хотел заслужить его. Чувствовать себя достойным этого.

– Каллум не придет? – Мэверик сменил тему, и я был рад передышке. Я не ожидал, что сегодняшний вечер превратится в сеанс психотерапии, но я не мог отрицать, что чувствовал себя немного легче, чем когда входил в дверь бара.