Дрожь пробежала по мне, когда я выпрямила спину, чтобы посмотреть ему в лицо.

– Привет, – сказала я, сохраняя нейтральное выражение лица.

– Эй, я... э-э... – он провел рукой по своим взъерошенным, выгоревшим волосам. – Я решил, что это ты.

– Ты был там? – я мотнула головой в сторону бара, и он кивнул.

– Счастливый час понедельника.

– Ну, я бы не хотела отрывать тебя от счастливого часа, – я собралась уходить, но Зак схватил меня за запястье.

– Тебя не было.

Устало вздохнув, я подняла свой пристальный взгляд на него.

– Ты спал, к тому же мне не хотелось делать ситуацию еще более неловкой, чем она была.

– Да, но, черт возьми, Калли, это твоя комната. Тебе не нужно было уходить.

Что-то промелькнуло на его лице.

– Это не проблема.

– Да, полагаю.

Воздух стал густым от напряжения. Это... это то, чего я хотела избежать, когда ушла из своей комнаты в общежитии вчера утром.

Когда мы были злы, озлоблены и разочарованы, мы могли бы бороться, использовать тела друг друга, чтобы выразить то, что чувствовали. Но в более спокойные времена, когда мы выбросили белые флаги в знак временного перемирия, все, что касалось нас, казалось неправильным.

Натянутый смех сорвался с моих губ.

– Что? – нахмурился Зак, его глаза затуманились от замешательства.

– Неважно. Мне надо идти, – я посмотрела вниз, туда, где он все еще держал меня за запястье, и Зак отпустил меня, запустив руку в волосы. Это было движение, которое я когда-то любила, но теперь оно только заставляло мое сердце болеть.

– Калли, я... – он заколебался, его мучение окутало меня и высосало воздух из легких.

Но его слова так и не прозвучали.

И даже если бы он произнес их вслух, я знала, что они были бы не тем, что я хотела услышать.

– Еще увидимся, Зак, – я слабо улыбнулась ему и пошла вниз по улице, зная, что это было прощанием.

Он отпустил меня.

И я не знала, испытывать ли мне облегчение…

Или разочарование.

_______

Каллум не звонил. Он не писал мне и не искал меня. Если он и злился, что все узнали о его секретах, то я не знала об этом, потому что он все еще был похож на призрака.

К тому времени, как наступила пятница, я уже начала думать, что, может быть, это я была призраком. Или, может быть, я просто все это придумала, и это не являлось на самом деле тем, что было в моей голове.

Это была не средняя школа, это был университет. У людей имелись более важные проблемы, о которых стоило думать.

Я была занята заданиями и программой обучения в центре. Джози заглянула ко мне, и мы вместе пообедали. Если бы я усердней старалась, то забыла бы, что была сестрой Каллума Джеймса. Если бы я игнорировала маленькую рваную рану в своем сердце, то почти забыла бы о Заке.

Но мне следовало знать, что это было всего лишь затишье перед бурей.

Я сидела в «Мадс», занимаясь своими делами, когда надо мной нависла тень.

– Могу я тебе чем-то помочь? – я уставилась на Викторию Пендертон.

Она пренебрежительно фыркнула и скользнула на сиденье напротив меня.

– Я подумала, что пришло время нам узнать друг друга получше.

– Я не думаю, что в этом действительно есть какая-то необходимость.

– Ты ведь не продолжаешь дуться из-за того, что случилось в прошлые выходные? Это была просто шутка, Каллиста.

– Каллиопа.

– Почти одно и то же, – она отмахнулась от меня, поправляя помаду кончиком пальца. – Ты должна понять наше удивление, когда мы узнали, что младшая сестра Каллума Джеймса учится в СУ. Я имею в виду, он никому ни словом не обмолвился об этом факте, о тебе.

Я внутренне съежилась от ее жестоких слов.

– У него есть свои причины на это.

– Я уверена, что так и есть. Но теперь ты здесь, – она пригвоздила меня своим взглядом, сладко улыбаясь. Я знала таких девушек, как Виктория. Дрянные девчонки, одетые в дизайнерскую одежду и пахнущие дорогими духами.

– Чего ты хочешь, Виктория? – я не позволила ей запугать меня. У меня было такое же право находиться здесь, как и у любого другого.

– Это важный сезон для команды. Теперь, когда Деклан вышел из строя, им нужно сосредоточиться. Им не нужны никакие... помехи.

– Дай угадаю, ты думаешь, что я являюсь помехой?

– А разве нет? – одна из ее идеально выщипанных бровей приподнялась.

– Я никто, Виктория. Хочешь верь, хочешь нет, но я приехала сюда не для того, чтобы связываться с вашей драгоценной командой. Я приехала сюда в память о своей маме, – клубок эмоций раздулся внутри меня.

Она забарабанила пальцами, украшенными бриллиантами, по столу.

– Хорошо, давай так все и оставим, – Виктория встала, откинув свои рыжие волосы с плеча. Она легко могла бы стать супермоделью. Она была слишком совершенна, слишком безупречна, чтобы быть настоящей.