– Эй вы! – закричала я, едва завидев палатку.

Дождь прекратился, но Кости снаружи не было. Угли в костре едва дымили. Может, спит? Я подошла ближе и без раздумий дёрнула молнию на входе в его убежище. Внутри на туристическом коврике лежал идеально расправленный спальник, рядом – рюкзак. Обуви не было.

Резко развернувшись, я, словно злобная фурия, заметалась по поляне, и тут же увидела знакомую фигуру, выходящую из-за дерева. Он застёгивал ширинку. Обомлев от неожиданности, я забыла всё, что хотела сказать, и опустила глаза.

– Привет. Ты застала меня врасплох.

Костя ухмылялся.

– Я… Я пришла, чтобы…

– Выпить кофе? Сейчас разожгу костёр. Он потух, когда пошёл дождь, а я, признаться, не ожидал тебя здесь увидеть.

Почему мне казалось, что он как раз наоборот совершенно не удивился, когда я заявилась?

– Да не нужен мне ваш кофе! Я прочитала письмо и пришла сказать, что вы… – Слово «хам» застряло где-то между зубами, как ириска. – Вы не можете писать такое незнакомой девушке. Вы не доктор Фрейд, чтобы знать, о чём я думаю. И вообще! Ваш пренебрежительный тон оскорбил меня.

Костя подкинул в костёр сухих веток из кучки, спрятанной под навесом палатки, встал на колени, наклонился и начал дуть на угли.

– Когда я иду в поход ненадолго, стараюсь не брать с собой ни газ, ни плитку. Мне нравится готовить еду и кипятить воду на костре, как древние люди.

Он словно не слышал меня!

– Древние люди, – даже в этом я почувствовала укор в свой адрес и потому не смогла не ответить колкостью, – не жили в непромокаемых палатках и не кутались в тёплые спальники.

Костя хмыкнул.

– Они жили не так уж плохо, как нам кажется. И знали порой побольше нашего.

Да что в этом понимает городской житель? Он не умеет выслеживать зверя, предсказывать погоду, определять время без часов, находить прокорм под снегом… Думала я явно быстрее, чем говорила, потому что несмотря на мечущиеся в голове мысли, по-прежнему стояла истуканом посреди поляны и пялилась на то, как ловко под его руками разгорается огонь.

Джемма, устав крутиться вокруг и обнюхивать всё подряд, побежала к Косте и боднула его под локоть. Он улыбнулся и погладил её.

– Как её зовут?

– Джемма, – нехотя ответила я и, не зная, куда деть руки, глубоко засунула их в карманы широких брюк.

– О, ты читала «Овода»? Или «Вешние воды»?

Я опешила от его наглости, хотя вопрос прозвучал совершенно обыденно, словно он спросил, завтракала ли я сегодня.

– Хотите устроить мне экзамен и поставить двойку? Не выйдет! Я читала оба произведения, но Джемму назвала в честь возлюбленной Артура Бертона.

– А есть у тебя любимая книга?

Костя не смотрел на меня. На перекладине над костром уже висел чайник, на траве стояли две металлические кружки. Я всё ещё злилась, но его вопрос поставил меня в тупик. Я не знала, что ответить, но ответить жутко хотелось. Пока я размышляла, он щедро насыпал в кружки молотого кофе и залил его крутым кипятком. Я почувствовала аромат даже на расстоянии в два метра. Боже, как давно я не пила кофе!

Прикрыв глаза от удовольствия, я моментально перенеслась в кофейню, за столик у панорамного окна, и увидела Егора, сидящего напротив. Он не отрывался от телефона, что-то листал, кому-то писал сообщения. Брови сошлись на переносице. Автоматически прихлёбывая остывший кофе из чашки, он не замечал ни меня, ни красоты остывающей осени за окном, ни людей вокруг. Сейчас я находилась в компании малознакомого мужчины, посреди леса, но мне было гораздо комфортнее, чем с бывшим парнем в тёплой и красивой кофейне.

Распахнув глаза, я увидела прямо перед собой дымящуюся кружку, которую протягивал Костя. Он молча смотрел на меня, с любопытством изучая. Заметив, что я очнулась, ничуть не смутился.

– Твой кофе.

Я взяла кружку, поднесла к губам, подула и сделала глоток. Крепкий. Сладкий. Пряный. Во вкусе почувствовались нотки корицы. Тепло тут же растеклось по горлу, словно я выпила коньяка.

Костя жестом пригласил меня присесть на единственный раскладной стул у костра, сам же устроился рядом на сосновой коряге.

– У меня много любимых книг, сложно выбрать одну. Пусть будет «Идиот» Достоевского, – ответила я на заданный десять минут назад вопрос. – Я прочитала его, когда мне было пятнадцать, и мало что поняла, но не могла оторваться. Не знаю, как объяснить, я нырнула в текст с головой, как в омут. Не дышала, боялась оторваться, вернуться в реальность. Мне было больно и сладко. И жутко. Но когда я дочитала до конца… Захотелось поверить в бога.

– Почему?

– Потому что мир ужасно не справедлив, и хочется, чтобы хотя бы там, в другом мире, не было ни страданий, ни мук, и чтобы каждый получил по заслугам.