Когда передо мной оказалась тарелка с вафлями, я вернулась в реальность. Съела всё до последней капли карамельного соуса и, желая продлить пиршество, заказала набор заварных пирожных, чтобы забрать их домой. Вечером заварю травяной чай, сяду на веранде и, конечно, угостив Джемму, снова почувствую себя счастливой. Я оплатила счёт и вышла на улицу.

Ослепнув от солнца, растерялась: куда же теперь? И в тот же миг почувствовала восторг: хоть куда! Сначала в магазин, а потом, раз уж сегодня день воспоминаний, загляну в библиотеку. Туда, где добрая женщина угощала меня яблоками и приносила почитать самые интересные книжки. Когда-то давно отец вытащил меня оттуда силой, не обращая внимания на слёзы и просьбы, но теперь никто не мешал мне вернуться. Я как будто брала реванш за детские обиды и ликовала от вкуса победы.

Я сразу узнала бревенчатый дом, в котором располагалась библиотека, и розовые пионы вдоль тропинки, и деревянное крыльцо. Тут почти ничего не изменилось, кроме, пожалуй, новых пластиковых окон и входной двери. У меня не было читательского билета и даже паспорта, чтобы его завести, но я без страха вошла внутрь, потому что чувствовала: здесь мне будут рады.

Внутри оказалось так тесно, словно я, как Алиса в Стране Чудес откусила кусочек волшебного пирожка и стала слишком большой. Но запах книг по-прежнему казался самым сладким на свете. Я даже зажмурилась на секунду, втягивая носом тёплый пыльный воздух и пытаясь перенестись в то время, когда здесь существовало сказочное царство. На секунду я потеряла равновесие, качнулась в сторону и тут же почувствовала лёгкий удар в плечо.

– Эй, поосторожнее!

Знакомый голос.

Распахнув глаза, я упёрлась взглядом в огромную стопку книг, которую удерживали загорелые мужские руки. Она покачнулась и чуть не рассыпалась. Я бросилась помогать, обхватила стопку сверху и увидела прямо над собой лицо Оранжевого человека.

Он стоял так близко, что его запах – разгорячённого физической работой тела, смешанный с огуречным ароматом то ли мыла, то ли лосьона – поглотил все другие. Сознание раздвоилось. За одну секунду я успела понять, как сильно хотела его увидеть и насколько мала была вероятность этому случиться. А ещё я растерялась. Мы встречались уже три раза, если не считать того дня, когда он принёс мне книгу, а я не пустила его на порог, но у меня не было ни возможности, ни желания его разглядеть.

Серые глаза, отливающие холодной сталью. Короткая, почти под ноль, стрижка. Тёмная щетина на квадратном подбородке. Тонкий длинный нос. Красиво очерченные губы. Странное лицо, противоречивое. По такому не сразу определишь, кто перед тобой: интеллигент или работяга.

– Это ты? Вот уж не ожидал, что ты выползешь из своей норы.

Почему он всегда грубит?

Я вспыхнула, сделала шаг назад.

– Извините, задумалась на секунду.

– Как тебя в конце концов зовут? – Он продолжал стоять напротив с книгами в руках.

– Леся.

– Отлично. Я, кажется, представлялся. Костя.

Развернувшись, он прошёл мимо меня в другое помещение. Я скорчила рожицу ему вслед. Хам! И только сейчас заметила, что в библиотеке что-то происходит: повсюду лежали книги, журналы, газеты, как будто тут затеяли генеральную уборку.

– Ох, извините, я забыла повесить табличку на дверь. Мы сегодня закрыты. Небольшая перестановка. – Из читального зала выпорхнула запыхавшаяся женщина с высокой причёской из седых у корней и рыжих по остальной длине волос.

Это она! Библиотекарь из моего детства. Невольно расплывшись в улыбке, я вспомнила, что у меня на локте до сих пор болтается пакет с пирожными, наверняка уже слегка помятыми, и поставила его на ближайший стол.

– Вы меня, наверное, не помните, но я приходила сюда много лет назад, когда была совсем маленькой…

– Девочка, которая не училась в школе? – с сомнением спросила она.

Как она меня узнала?

– Да. Вы были очень добры ко мне. И часто чем-нибудь угощали. Теперь я хочу угостить вас. – Я кивнула в сторону пакета.

– Что ты, что ты… А впрочем спасибо! У нас сегодня много работы, вот даже Костик вызвался помочь, так что чаю мы попьём всенепременно.

Мне стало так хорошо, что я забыла, что ещё хотела спросить.

– Простите, я не могу вспомнить вашего имени…

– Ксения Михайловна.

– Может, я могу помочь?

– Ну что ты, дорогая! Мы уже заканчиваем. Спасибо за пирожные и приходи завтра или в любой другой день, кроме субботы и воскресенья. Последний рабочий день месяца – санитарный.

Попятившись к двери, я неловко оглянулась по сторонам, чтобы снова не налететь на какую-нибудь стопку с книгами, и вышла на улицу.

Отдышалась. Почувствовала, что кожа на спине стала влажной. Я так давно не разговаривала с людьми, что забыла, как это тяжело. Уже собравшись пойти домой, я услышала, как за спиной открылась дверь.

– Леся! – Ко мне подошёл Костя. – Ты прочитала книгу?

Он смотрел куда-то мимо меня, словно его не очень интересовал ответ, но спросить требовала вежливость. Или не так. Словно ему срочно нужен был предлог, чтобы задержать меня, и ничего другого не придумалось.