– Да. Забыла сказать спасибо. И извиниться за то, что была ужасно невежлива. Книга замечательная. Я понимаю, что вы решили, будто эта история похожа на мою, но это не так. Во мне гораздо меньше силы и решительности, а главное, таланта, чем в Киа.

Я давным-давно не произносила таких длинных речей. И не стоило начинать. Он посчитает меня занудой. Стоп. А какая в конце концов разница?

И тут Костя улыбнулся. Мне показалось, что у меня в груди разлилось тёплое молоко. Он вытер ладони о джинсы и протянул руку.

– Дружба?

– Только если вы не будете приходить без приглашения. Меня это пугает.

Он кивнул, и я пожала его большую горячую ладонь.

– Надо полагать, сотового у тебя нет, потому что в тех краях он бесполезен, но если ты ещё раз выберешься в город, то сможешь передать приглашение через Ксению Михайловну.

Я развернулась и быстро зашагала прочь. Потом резко остановилась, повернулась и наткнулась на взгляд, которым он провожал меня. Улыбчиво-мечтательный. Ласкающий. Тёплый.

Мир легонько качнулся, и я поняла, что он уже никогда не станет прежним. Но всё-таки открыла рот и заставила себя сказать то, что собиралась.

– Спасибо за рафаэлки.

Он наверняка забыл, что тогда, в супермаркете, оплатил мою первую спонтанную и самую важную покупку – три кокосовые конфеты, вкус которых я помню до сих пор. Но это неважно.

Я бежала в сторону дома так быстро, насколько могла.

– Прости, что не взяла тебя с собой, но, если честно, я побоялась, что ты вспомнишь свой старый дом и захочешь остаться. А мне без тебя будет совсем тоскливо. – Я извинилась перед Джеммой, когда вернулась, и положила ей в миску сахарную косточку, которую купила в мясном магазине. А ещё надела на неё новый красный кожаный ошейник, который ужасно ей шёл. Джемма пару раз дёрнула головой и тут же набросилась на лакомство. Мне снова показалось, что когда-то она была домашней.

Пока она жадно грызла кость, чавкая и причмокивая, я взяла веник и начала подметать пол, сколоченный из покрытых блестящей коричневой краской досок.

– Ладно, так и быть, расскажу. Сначала я пошла в ресторан – да-да! – в самый настоящий ресторан. Я была там однажды с родителями. Внутри всё изменилось, и я чувствовала себя ужасно неловко, как слон в посудной лавке. Но стоило мне откусить кусочек вафли и сделать глоток лимонада, всё прошло. Это было слишком вкусно! А ещё я купила эклеры. Думала, что съем их дома, запивая свежесваренным кофе, может быть, даже тебя угощу… Блин! Я забыла купить кофе! – Я выпустила веник из рук и едва не расплакалась. – Как можно быть такой рассеянной? Старею, что ли? В следующий раз буду список писать. А потом мне захотелось хотя бы одним глазком взглянуть на библиотеку, в которой я, когда была маленькой, читала книги. Представляешь, там до сих пор работает та самая женщина из моего детства! В общем, пирожные я подарила ей. И правильно сделала, есть много сладкого вредно. Особенно собакам.

Джемма, поглощенная косточкой, не обращала на меня ни малейшего внимания. Я смахнула щёткой несколько сосновых иголок, засохших травинок и целую гору собачьей шерсти в совок и вытряхнула его в мусорное ведро. Намочила тряпку, хорошенько отжала и, встав на четвереньки, начала мыть пол.

– Думаешь, я чего-то не договариваю? Да ты настоящий детектор лжи! В библиотеке я встретила Оранжевого человека. Помнишь, он принёс меня домой, когда я упала с дерева? А потом подарил классную книгу. Мы с ним подружились…

Я резко замолчала, осознав, какую чушь несу. Как можно подружиться с мужчиной, которого видела несколько раз в жизни? Наверное, иногда, чтобы понять всю нелепость собственных мыслей и поступков, нужно проговорить их вслух. Мне стало стыдно перед Джеммой, и я резко изменила тон.

– Нет, не думай, что я полная дура и так легко меняю убеждения. Клянусь, никто не нарушит наш покой. Этот Костя, он не опасен, он не причинит нам зла. Но я не буду с ним дружить. И сделаю всё, чтобы он больше никогда здесь не появился. Мы будем жить только вдвоём. Ты и я.

Не знаю, почему, но у меня защипало в глазах. Джемма разделалась с костью и подошла ко мне поблагодарить. Я села на колени, плюхнув мокрую тяпку рядом, сгребла собаку в охапку, уткнулась лицом в шерсть и шмыгнула носом.

Я не знала, чего хочу. Мне было одиноко и страшно, но гораздо страшнее казалась перспектива довериться кому-то и снова обмануться. Лучше уж так. Ни друзей, ни врагов, ни своих, ни чужих.

Глава 7. Кофе

Я не обманула Джемму. Следующие недели мы прожили в привычной тишине, но что-то неуловимо изменилось.

Наш дом, поляна вокруг, Речушка и лес дарили уединение любому, кто желал укрыться от внешнего мира. Иногда мне казалось, что отец нашёл аномальную зону, куда закрыт вход чужакам, и лишь избранные или те, кто призван преподать нам урок, могли проникнуть сюда.

Так было раньше. Теперь же тонкая, но крепкая ниточка связала меня с городом, в котором жил мужчина по имени Костя. Она тянулась туда, в сторону библиотеки, потом бежала дальше, к неизвестному дому, где он проверял домашние задания своих учеников, читал книги и пил чёрный кофе. Эта ниточка была похожа на проложенную пунктиром дорожку. И как бы я ни сопротивлялась, сколько бы ни отрицала очевидное, она была реальна, как любая известная мне с детства лесная тропинка. И по ней можно было пройти как в одну сторону, так и в другую.