– Конечно. Присаживайся.

Я так и поступила, пристроившись между взволнованной парочкой, пришедшей сделать парные татуировки, и здоровенным байкером, который все время поглаживал татуировку у себя на руке, которую явно хотел перекрыть. Я прижала рюкзак к груди, напоминая себе, что это место мне как дом. Я приходила сюда уже десятки раз. Была в курсе, кому принадлежит каждое из четырех рабочих мест в студии. Узнавала красные виниловые стулья, которые имелись у каждого мастера, и вспомнила, что на стуле Грейди есть огромная дыра.

Если он мне откажет, со мной все будет в порядке.

Если не терпите неудач, значит, вы недостаточно инновационны. Это слова Илона Маска, не мои.

Мидоу вернулась со стаканом воды. Спустя несколько минут появился Грейди – худощавый, весь в татуировках, стареющий, похожий на рок-звезду мужчина, которому нравились подчеркивающие мускулы майки и который коллекционировал карандаши со всего мир-а.

– Хэл. Рад тебя видеть. – Он остановился передо мной.

Я встала, закинув рюкзак на плечо, чувствуя себя маленьким ребенком, и потянулась, чтобы пожать ему руку.

– Спасибо, что принял меня.

– С удовольствием. Давай поговорим в моем кабинете.

Его кабинет находился в задней части здания и был полностью изолирован, что принесло мне облегчение, поскольку не хотелось беседовать при других. Как только я села перед ним, он сцепил пальцы, откинувшись на спинку кресла.

– Почему ты хочешь стать тату-мастером?

– Потому что это моя страсть. То, о чем я думаю каждое утро и каждый вечер. Потому что я хочу менять жизни. Жажду помогать людям скрывать свои шрамы. Подчеркивать их индивидуальность. Их красоту. Их сущность. Потому что чем дольше я живу на этой земле, тем больше убеждаюсь, что самовыражение – один из самых драгоценных подарков, которые мы должны себе сделать. И потому что… – Я глубоко вздохнула, готовясь впервые сказать о себе что-то положительное. – Потому что считаю, что при правильном руководстве могу стать чертовски успешной в этом деле. И я думаю, ты лучший в этой сфере. – По легкой улыбке Грейди я поняла, что он удовлетворен ответом.

– Ты уже давно являешься моим клиентом, – заметил он.

Я кивнула.

– Как я уже сказала, ты мой первый выбор. Честно говоря, на данный момент мой единственный выбор для обучения.

– Я никогда раньше не брал клиента в качестве стажера. Обучение предстоит непростое, – предупредил Грейди. Он открыл ящик стола, достал оттуда охапку карандашей и начал их затачивать. – Речь идет о двух годах без зарплаты. Я знаю твою биографию и знаю, что у тебя есть средства…

– Вообще-то, нет, – оборвала я его. – Но это неважно. Я не против длительной стажировки. У меня на складе много вещей, которые я могу продать, чтобы продержаться. А через несколько дней получу работу на полставки.

Если кто-нибудь даст мне шанс.

– Если я возьму тебя на работу, ты начнешь с самых низов, – продолжил Грейди. – Будешь выносить мусор, устанавливать и разбирать станции для мастеров, ходить за кофе и подменять Мидоу, когда та забивает на работу, а это происходит всякий раз, как только она расстается с парнем, то есть каждые пару месяцев.

Я давно подозревала, что Грейди влюблен в Мидоу, просто молча наблюдая за ними на протяжении многих лет.

Мои губы тронула улыбка.

– Я справлюсь с этим. Без проблем.

– Первое, чем ты займешься примерно через полгода после того, как станешь девочкой на побегушках, это будешь смешивать чернила. До истечения года я не позволю тебе прикасаться к живой коже.

– Звучит разумно.

– Ты сделаешь около ста пятидесяти татуировок бесплатно, и тебе придется найти добровольцев, если я тебя приму.

– У меня большой список контактов. Я смогу это сделать, – заявила я с уверенностью, которую – как ни странно – начинала чувствовать.

– И ты оплатишь чернила.

Слова Грейди звучали так, будто он пытался отпугнуть меня от работы. Может, он, как и Келлер, считал, что я не справлюсь.

Но я просто кивала, продолжая улыбаться, даже когда моя надежда начала рушиться.

– Неважно, чем ты припугнешь, Грейди, я обещаю тебе, что справлюсь. Я хочу этого больше всего на свете. И докажу тебе свою незаменимость.

– Хорошо. – Он вздохнул, бросил заточенный карандаш в ящик и взял другой. – Давай посмотрим, что у тебя есть.

Дрожащими пальцами я достала из рюкзака альбом и молча протянула ему. Стрела оправданий, туго натянутая и готовая к выстрелу, уже застыла на кончике языка.

Это только ранние наброски.

Пролистай до конца и посмотри, какого прогресса я добилась.

Если этого будет недостаточно, я могу взять вечерние курсы.