Я отвернулся… Закрыл глаза и помассировал виски, начиналась головная боль.

— Пожалуйста, не тяните с ужином, — я чувствовал накатывающуюся усталость, словно слабость Снейпа передавалась и мне, — сегодня я специально начал обход с вашей палаты.

Я стоял у окна и смотрел на улицу. Нужно было дать ему время… Но ведь слушать он меня может… И понять то, что я скажу, тоже.

— Скоро к вам придет следователь, — по наступившей за спиной тишине я понял, что мои слова поняты правильно.

Тянуть больше было нельзя, и я оглянулся. Только очень голодный человек может так быстро съесть эту жидкую диетическую кашу. Мой взгляд только скользнул по пустой тарелке и уперся в бледного профессора.

— Я знаю, что вы еще не можете выдержать допроса, — мне очень не нравились пустые глаза, что смотрели поверх подноса, — поэтому вам зададут всего несколько вопросов. Соберитесь с силами. Сейчас придет медсестра, она поможет вам подготовиться.

Все, я сделал то, что должен был: я его предупредил. Больше мне здесь делать нечего. У меня есть и другие больные, без таких проблем. Я медик, не мое дело лезть в дела авроров и Упивающихся Смертью! Пусть сами разбираются. Что он заслужил, пусть то и получит…

Но дрожащие руки с побелевшими костяшками пальцев не выходили у меня из головы. Но это просто слабость организма. Обычного человеческого организма. Ведь так?

Мне пора делать обход. Начальство пусть развлекает начальство, но кому-то и работать нужно.

Но сразу у меня ничего не вышло. Я все еще чувствовал, как у меня стучит сердце. Глупо в таком состоянии идти к больным… И я зашел в ординаторскую. Покрутил в руках журналы. Читать сейчас я тоже не мог. Но и простое перелистывание страниц помогало успокоиться. Еще ворот рубашки тянет! Пусть Инга будет недовольна, но я застегнул пуговицы по-старому. Лучше иметь косой воротник, чем постоянно дергаться.

Дверь открылась, я оглянулся — на пороге стоял Грег.

— Привет, Невилл. Как дела?

Я пожал плечами:

— Нормально, а у тебя как?

— Все хорошо, — ответил Грег, — все просто за-ме-ча-тель-но.

Унылый голос моего приятеля противоречил его словам.

— А почему так минорно? И где твои крылья?

— Какие крылья? — Грег мигнул, глаза его прояснились. На меня он посмотрел, как на ненормального.

— Как это, какие? Ты же вечером на крыльях летал. И осчастливливал всех подряд. Нимба, правда, я вчера не заметил, — наклонил голову и с сожалением добавил, — и сейчас не вижу.

— Шутишь? — лениво поинтересовался Грег.

Я снова пожал плечами в ответ:

— Да, как сказать…

— Шутник, — поставил диагноз доктор Фингрид, — Видел наших ангелов-хранителей? Тех, что по душу твоего пациента явились? — Грег все так же лениво поддерживал разговор.

— Не-а. Я готовил его к посещению этой ордой.

— А я удостоился чести лицезреть… Слушай, старик, мне показалось, что на их интересе можно сыграть, — оживился Грег, — поманить, а потом морковку спрятать.

Я фыркнул:

— Что они тебе, ослы?

— Нет, не скажи, законы природы на всех одинаково действуют: что на ослов, что на этих… — Грег мотнул головой в сторону коридора. Прямо авроров он все же не назвал.

Грег подошел к своему столу. Раскрыл фармакологический справочник и вынул оттуда фотографию. Кто на ней, мне было плохо видно, только и заметил светлые волосы. Грег с каким-то сожалением посмотрел на снимок и выдвинул нижний ящик стола… Фотография полетела туда.

Он выпрямился и бодро ответил на мой немой вопрос:

— У папы на счет дочки другие планы. Там появился один хмырь… работают, видишь ли, они вместе с папой… А мне намекнули, что я рылом не вышел.

— А она что? — не удержался от вопроса я.

— Она? — Грег перебирал листки на столе и не поднимал головы, — А что она? Я ее даже не застал. И так все ясно… Ты не видел, у меня тут лежала афиша с премьерой балета на льду? Там ожидается весь бомонд. Нужно обязательно присоединиться…

— Не видел, я балетом не интересуюсь. Ну ладно, я пошел заканчивать обход.

У дверей меня догнал жизнерадостный голос Грега:

— Ага, вот она… Невилл, ты не затягивай. Опоздаешь, шеф сам твоего пациента демонстрировать будет, как чудо современной медицины.

Как сегодня моя дорогая Анита? Хм… кажется, вчерашняя хмурь ушла. Женщина счастливо улыбалась:

— Доктор, вас можно поздравить?

— С чем? — не понял я сначала. Но многозначительный вид больной быстро напомнил мне предупреждение Инги, что миссис Смит за нас… переживала.