– Э-ге-гей!
– крикнул капитан.
– Ловите!..

Баркас подхватило волной и подбросило еще ближе. С необыкновенной ловкостью капитан кинул веревку, и конец ее с грузилом упал прямо к ногам Таира и Джамиля.

– Тяни!
– капитан сбросил в воду толстый канат.
– Я ближе подойти не могу.

Ребята сразу поняли, чего хочет капитан. Они быстро вытянули канат за привязанную к нему тонкую, но прочную бичеву и петлю его набросили на конец бревна, служивший причальной тумбой.

Волны кидали баркас из стороны в сторону, но это, казалось, совсем не беспокоило капитана. Он деловито сложил слегка подмоченные буханки хлеба и банки консервов около себя, достал припасенную им веревку, привязал одну из буханок к ее концу и, высоко подняв ее, показал молодым рабочим:

– Эй, вы... голодающие! Ловите... бросаю!

Васильев и мастер Рамазан не отходили от забоя.

Глядя на капитана, Рамазан говорил:

– Вот это храбрец!.. Смотри, что делает, а?

Буханка взлетела в воздух и, не достигнув мостков буровой, шлепнулась в воду. Таир и Джамиль только ахнули.

– Жаль, что нет здесь Самандара. Он достал бы буханку со дна морского!..
– пошутил Таир, но в голосе его слышалась досада.

– Ничего, не тужите!.. Чего-чего, а хлеба у советского государства сколько угодно, - крикнул капитан, вытягивая обратно веревку.

– Бросаю! Держите, ребята!..

На этот раз баркас подбросило волной ближе к мосткам, и Джамиль поймал буханку на лету.

– Видали такого молодца?
– крикнул капитан и похлопал себя по груди.

Джамиль отвязал хлеб, крепко привязанный шпагатом к веревке, и передал его Таиру:

– Теперь мы живем!

Веревка потянулась обратно. Привязав на этот раз банку консервов, капитан покрутил ею в воздухе и бросил ее, как из пращи:

– Эй!.. Ловите, пареньки! Другой раз не приеду... И так ушла душа в пятки!..

Члены бригады столпились вокруг Джамиля и Таира.

Веревка взметнулась снова. На этот раз летел к ним круг толстой колбасы, перехваченный поясками шпагата. Таир подхватил его в момент, когда он вот-вот должен был упасть в море. Капитан привязал к другому концу веревки целую гирлянду нарзанных бутылок и неожиданно бросил их в воду:

– Вытягивайте, кому пить охота? Жаль, что не водка... А то выпил бы дорогой и отправился рыбам на корм!

Тут уж все дружно ухватились за веревку и благополучно вытянули груз на мостки.

Мастер Рамазан издали наблюдал за происходящим и в душе хвалил капитана "Чапаева", работой и поведением которого он был вечно недоволен. "Раз на своей дырявой посудине добрался сюда, значит, храбрец", - повторял он про себя.

Точно угадывая эту мысль, капитан с гордостью выпятил грудь и окрикнул его:

– Эй, уста! Я услышу когда-нибудь от тебя хоть одно доброе слово?

Рамазан знал, на что намекает капитан. В самом деле, старик ни разу не похвалил его. Но сейчас он, смеясь, сказал:

– Отныне я в дружбе с тобой. Спасибо!

Бурильщики сели за еду. После длительной голодовки и напряженного труда каждый положенный в рот кусок казался особенно вкусным. Лица всех оживились, все много говорили и смеялись. Подобно тому, как добрая и ласковая мать, собравшая своих любимых ребят вокруг уставленного всякими яствами праздничного стола, радуется, глядя на своих детей, так мастер Рамазан заботливо и радушно угощал свою бригаду.

6

Узнав, что отец живым и невредимым добрался до своей буровой, Паша в прекрасном расположении духа сидел дома и рассказывал жене и матери об интересных случаях из своей фронтовой жизни. Неожиданный телефонный звонок оборвал беседу. Пашу вызывали в городской комитет партии. И сам Паша, и все члены семьи знали зачем: безделье уже наскучило Паше, и он подал заявление о назначении на прежнюю работу.

Его принял второй секретарь горкома и передал ему предложение Асланова:

– Мы нашли целесообразным использовать вас здесь, в аппарате горкома.

– А в чем будут состоять мои обязанности?
– поинтересовался Паша.

– Думаем назначить вас заведующим одним из отделов. До войны, если не ошибаюсь, вы были пропагандистом райкома, не так ли?

– Да. Я и сейчас хотел бы заниматься этой работой. Люблю бывать на промыслах, среди рабочих. Люблю работать с ними. Когда-то я умел быстро находить с ними общий язык.

– Это очень кстати. Как раз такие товарищи нам и нужны. Вы были на днях на совещании нефтяников?

– Нет, не пригласили меня. Но я расспрашивал отца, и он довольно подробно рассказал мне обо всем, что там говорилось.