Илья что-то отвечает, но я не могу разобрать ни единого слова. Слышимость плохая.

— Я передам Свете.

— Всё нормально у вас?

— Ага. А вы как?

— У нас тоже вроде всё пучком. Илюха проспал как сурок всю дорогу. Ты, кстати, как себя чувствуешь?

— Штормит малость, но терпимо. Спасибо, что не оставили нас в беде.

— Да ладно. Наташ, включи на минуту громкую связь, — просит Лёша.

Я улыбаюсь и делаю так, как он просит. Он звонит каждые полчаса и проверяет, всё ли у нас хорошо. Свете очень повезло с парнем.

— Светка, ты огонь, малышка. Почти доехали! — слышится довольный голос из динамика. — Ты заметила, там перед вами какой-то придурок на чёрной «Приоре», бухой походу? Вы бы съехали на обочину вместе с нами. Мы на первом повороте планировали. А он пусть дальше едет и финты свои другим выдаёт. Окей?

Внедорожник Лёши двигается впереди нас. Мы почти всю дорогу едем за ним.

— Мы только за, да, Наташ? — Света смотрит на меня выжидающим взглядом. — Охота размять мышцы и подышать воздухом.

Я быстро киваю. Всё тело затекло, правда, желания выходить из машины нет. Домой хочется поскорее попасть. Возможно, Тим ещё не будет спать. Но от этого придурочного, который едет зигзагом, надо избавиться. Лёша прав.

— Ну всё, тогда договорились, — отвечает Света и кивает, чтобы я разъединяла звонок.

Я возвращаю ей телефон и достаю свой, чтобы проверить, не звонила ли Сима. Она не звонила, но зато мне написал Динар. Прислал две фотографии. Неужто няню попросил сделать снимки? Они с Тимом стоят во дворе. Тим держит букет из одуванчиков. Под снимком подпись: «Для мамы». На втором Динар обнимает сына. Тим хохочет, и я тоже улыбаюсь, глядя на них двоих. Чем Динар его рассмешил? Под фотографиями ещё есть сообщение: «Вы едете? Как самочувствие?».

«Всё хорошо. Отличные снимки. Через час буду дома», — набираю, закусив губу.

Я почти сама сдержанность, хотя это совсем не так. Открываю ещё раз снимки и не могу подавить улыбку. Это и в самом деле очень мило. Особенно фото с одуванчиками. Неужели Динар сам ходил по двору и рвал цветы? Или Симу заставил заморочиться с реквизитом?

— Ты чего так загадочно улыбаешься? — замечает Света, включая поворотник.

— Няня фотку сына прислала.

— Покажешь?

Мы съезжаем на обочину, и Света глушит двигатель.

К счастью, у меня много фотографий Тимура. Открываю галерею, тычу в последнюю, которую сделала, когда он играл в песочнице, и показываю Свете.

— Ой, ну какой же он хороший. Но вы совершенно разные. Он чёрненький и смуглый, а ты светленькая. Я знаю, это не моё дело, но отец его где? Совсем в жизни мальчика не участвует?

— Всё сложно, Свет. Я не хочу об этом говорить.

Света поджимает губы и понимающе кивает. Странно, что Илья ей не рассказывал о Динаре. Возможно, вскользь что-то упоминал, но явно без подробностей, если она смотрит на меня с таким интересом.

Лёша, докурив сигарету, идёт в нашу сторону. Илья с кем-то разговаривает по телефону и смотрит прямо на меня.

— Вот это здесь комарьё! — возмущается Леша, приблизившись. — Если хочешь по-маленькому, малыш, то лучше потерпи до дома. Я не готов делиться с кровососами твоей аппетитной попкой.

Света прыскает со смеху и выходит из машины.

— Нет, не дотерплю, Лёш! Пошли в кусты, — игриво тянет его за руку. — Веточку сломай и отгоняй от меня конкурентов. Наташ, пойдёшь?

— Нет, не хочу, — улыбаюсь я, наблюдая за влюблённой парочкой.

Перевожу взгляд на Илью. Он прячет телефон в карман джинсов и направляется ко мне. Открывает дверь и садится за руль. Поворачивает голову и смотрит серьёзным взглядом.

— Ну ты как, Наташ?

— Всё нормально, — сдержанно отвечаю я, не зная куда деть руки и глаза.

— Прости, я наговорил тебе вчера лишнего, ещё и набухался, как скотина. С кольцом тоже был перебор.

— Кстати, про кольцо. Забери. — Я лезу в карман ветровки и достаю синюю коробочку.

Она, как переходящее знамя, кочует из рук в руки. Я не смогу его у себя оставить. Мне не нужна такая память.

— Нет, не заберу. Я для тебя его покупал. Мне оно к чему, Наташ? Выкинь, если не нужно. Нормально тебе, говоришь? — На его лице появляется угрюмая усмешка. — Щёки красные, как у перезрелого помидора, и глаза мутные, — замечает он.

— Ты выглядишь не лучше.

— Ну я с похмелья, а ты…

— Сейчас домой приеду, выпью лекарство и лягу спать. Завтра вызову врача. Всё будет хорошо.

— Ты правда к нему вернёшься? У меня в голове никак не укладывается...

— Я хочу побыть одна, Илья, — перебиваю его. — Извини меня, пожалуйста. Было ошибкой поехать в Карелию и испортить твой отдых. Я полагала, у нас всё получится, но теперь понимаю, что нет…