— Наташа… — вздыхает Илья, когда я отстраняюсь, чтобы сделать глоток воздуха. Голова кружится, и чувства запредельные... Пульс подскочил... Такое у меня с Ильёй впервые. — Что это было? — хрипло спрашивает он.

— Анонс того, что тебя ждёт в Карелии, — резюмирую я, взглянув на Асадова.

Динар стоит как ни в чём не бывало и продолжает разговор с собеседником. Правда, уже не смеётся. Но и в нашу сторону не смотрит. Видел наш поцелуй или нет? А впрочем, какая разница?

— Я что-то передумал ехать к родителям, — счастливо улыбается Ракитин и снова тянется к моим губам, но я опускаю голову.

Прячу лицо на его груди от желания расплакаться.

Дурочка! Какая же я всё-таки маленькая и глупая дурочка. Меня задевает, что Динар ведёт привычную для него жизнь и ему плевать на меня, в то время как я рву себе сердце и душу в клочья, всё ещё утешаясь мыслью, что он ко мне что-то чувствует. Безразличие и холод! Вот весь спектр его чувств и эмоций по отношению ко мне.

Наташа

Я набираю Симе сообщение, чтобы узнать, как у них с Тимом дела, получаю в ответ, что они вышли погулять во двор, и затемняю экран, довольно улыбаясь. В течение дня я часто им пишу, если не могу находиться рядом. Привычка. Поднимаю взгляд и замечаю, что Илья, прищурившись, следит за выражением моего лица. Быстро подмигивает мне и обнимает за плечи.

— Я же говорил, что ты им понравишься, — шепчет он на ухо, пока никто не видит. — Зря переживала, златовласка.

Ракитины действительно хорошо меня приняли. Разговаривают вежливо, ведут себя приветливо, как и подобает людям такого статуса. Ирина Вячеславовна много расспрашивает у меня про Тимура. Возможно, потом, оставшись наедине с какой-нибудь из близких подруг, она будет перемывать мне косточки, но, к счастью, я этого не услышу.

Мы покидаем дачу ближе к вечеру, сытые, довольные и в приподнятом настроении.

— Ну, что ты решила с Дегтярёвым? — спрашивает Илья, когда мы оказываемся в машине. Нажимает пальцем на кнопку запуска и кладёт руки на руль.

— Ответ тот же: я выбираю сына. А ты?

Илья усмехается и качает головой.

— Мне же не с Дегтярёвым ехать в Карелию, — коротко заключает он и берёт в руки телефон.

Звонит знакомому, спрашивает, в каком месте лучше арендовать катер, чтобы покататься с ребёнком. Тот через пять минут скидывает ему координаты, и мы едем за Тимом.

— Может, ещё в цветочный заглянем? — предлагает Илья, сжимая моё колено, но я отрицательно качаю головой.

— В следующий раз.

Мне утреннего букета хватило. И я сильно раскаиваюсь, что устроила это шоу с поцелуем, которое Асадов мог даже и не заметить. Будь Карина жива, она бы похвалила меня за попытку позлить Динара. И оценила бы мой выбор белоснежного комплекта. Будь жива… Гоню грустные мысли и запрещаю себе углубляться в воспоминания. Завтра поеду в город и попытаюсь поговорить с Мариной. Она уж точно в курсе всех подробностей. Скупые и расплывчатые ответы Динара не утолили мой интерес. Пока я в Питере и не улетела,

постараюсь всё выяснить.

Тим очень радуется, что мы едем гулять в парк, а потом кататься на катере. Он обожает воду. Недавно я начала водить его в бассейн, и сын в восторге от занятий с тренером. Чуть позже отдам его в бокс, чтобы в случае чего всегда мог за себя постоять.

— Иди ко мне. — Илья протягивает руки к Тимуру и усаживает его на коленях. Показывает чаек и спрашивает, где мы их видели.

Тимур расплывается в довольной улыбке и отвечает, что на море.

— Правильно, — говорит Илья, достаёт телефон и просит меня подсесть ближе. Делает общий снимок, смотрит на результат и кивает: — Отлично получились. Сейчас скину тебе.

Когда начинает смеркаться и холодает, я ловлю себя на мысли, что уже давно отвыкла от Питера и хочу обратно, в тёплый и мягкий климат юга. Домой мы возвращаемся поздно. Уставшие, но счастливые. Договариваемся с Ильёй созвониться завтра утром, и я иду укладывать Тимура спать, иначе он заснёт прямо у меня на руках.

Утром встаю раньше будильника, занимаюсь привычными делами, а после обеда уезжаю в город — докупить продуктов на неделю и хозяйственных принадлежностей в сад. Ближе к вечеру я звоню в салон, чтобы узнать, будет ли сегодня Марина. Мне отвечают, что будет. Вот и отлично. Не хочу откладывать встречу.

— Сима, меня не будет пару часов, — сообщаю ей, поднимаясь наверх, чтобы переодеться.

— Наташ, мне кажется, или Тим вяленький? — спрашивает она.

Я подхожу к сынишке, трогаю губами лоб и ладошки.

— Температуры нет. Понаблюдай за ним. Я скоро буду. Если что, звони.

Вызываю такси и еду в город. В дороге я прокручиваю слова, которые скажу Марине при встрече, но что бы я ни сказала, разговор будет тяжёлым. Если она вообще согласится со мной разговаривать. Лично я бы не стала. Но это я. Все люди по-разному переживают своё горе.