— Земли Котлованов, — ответила Мидори, бросив хмурый взгляд в ту же сторону. — Как их только ни называют. Бездонные земли. Бездонье. Провалы. Впадины Сидха. Подземные ямы. Там живут ниуды, упыри и другие расы подземных магов. Нам ещё повезло, что ближайшие территории не так сильно заселены этими тварями, как на других границах Стокняжья. Я видела ниуда только однажды, пленного, но мне потом долго снились кошмары.

Она содрогнулась от неприятных воспоминаний.

Мы пролетели ещё немного, и Мидори развернула машину в обратную сторону.

— Всё. Тут заканчивается пространство для движения верхолёта.

— Давай приземлимся, и я сяду за штурвал, — предложил я сразу.

Мидори нехотя согласилась, будто забыла, что собиралась учить меня полётам, а не летать сама. Она посадила машину на поляне у реки и вылезла из кабины. Мы наконец поменялись местами.

Усевшись в кресло пилота, я ещё раз изучил панель, все дисплеи, датчики, рычаги, приборы. Выспросил у Мидори по каждому пункту, а потом уже приступил к соляным знакам.

— Какая это Сфера магии? — Я занёс ладонь над символом «крылья» и выставил три пальца, как это делала Мидори.

Освободив крупицу своего астрального тела, я мог пользоваться магией.

Знак мигнул, сразу подтверждая это.

Мидори безотрывно за мной наблюдала и порой улыбалась.

— Это Сфера эфира. Одна из самых сильных Сфер магии. Она активирует все лопасти верхолёта.

Я перевёл ладонь к знаку «стрела вверх» и опять повторил жесты, которые совершала Мидори. Резко повернул ладонь тыльной стороной вниз и толкнул воздух к потолку.

Машина дёрнулась и поднялась в воздух.

— Высота! — тут же заволновалась Мидори. — Контролируй высоту! Контролируй положение машины в пространстве! Не дёргай рукой!

Она положила пальцы на мою ладонь и придержала, чтобы показать, как управлять высотой. Затем плавно направила и выровняла.

Около часа мы никуда не двигались, зависнув над поляной и рекой. Я учился контролировать положение машины, видеть все изменения по панели приборов и управлять высотой.

— Как ты быстро учишься, — удивилась Мидори.

— Ещё инструктор хороший, — я подмигнул девчонке, но она лишь поморщилась, изобразив неприступность.

— Оставь комплименты Джанко, господин Оками.

Через час я наконец решил, что готов попробовать уже настоящий полёт.

Для страховки Мидори не стала убирать пальцы от моей ладони. От постоянного соприкосновения её кожа нагрелась, как и моя, и порой мне казалось, что Мидори, как и Джанко, пропускает в меня свою целебную магию. Только эта магия была покалывающей и бодрящей, а ещё — притягательной. С ней хотелось соприкасаться дольше и плотнее.

Первый полёт прошёл почти идеально.

Почти.

Дважды девушка называла меня психом, трижды напоминала про высоту, и четырежды выкрикивала:

— Сбавляй скорость! Разобьёмся! Куда ты так несёшься, ненормальный?!

В конце полёта её замучила икота.

В итоге Мидори не выдержала и заявила:

— От тебя один стресс! Это невыносимо! Ну почему ты летаешь рывками, как стрекоза в припадке? Надо плавно и медленно. А ты? Будто набрасываешься на воздух.

— У этой машины есть скорость и маневренность, значит, нужно ими пользоваться. Дирижаблем я могу полетать в старости.

— Если доживёшь… — выдавила девушка и снова икнула.

Потом посмотрела на меня и неожиданно рассмеялась.

Так мы летали до самого заката, совсем забыв про время и про то, что за нами могут наблюдать снизу. Очень внимательно наблюдать.

Когда мы вернулись в деревню, Мидори попросила высадить её на самой крайней улице. Её конспирация выглядела забавно, если учесть, что в деревне всего два верхолёта, и вряд ли появление одного из них пропустил бы хоть один житель деревни.

Так и вышло.

Стоило мне и Мидори покинуть салон, как из переулка вышла небольшая группа женщин. Они остановились и издалека начали разглядывать, кто и что тут делает.

— Ну всё, — прошептала Мидори обречённо. — Они точно маме расскажут. Они наверное, даже высчитывали, сколько минут я провела с тобой наедине.

Я вздохнул и потёр лоб.

— Давай, я поговорю с твоей матерью. Скажу, что ничего запрещённого мы не делали.

— Нет, — сразу отказалась Мидори, — я сама разберусь. Твоё внимание сделает только хуже. — Она с тоской посмотрела на верхолёт. — Теперь практикуйся в полётах без меня. Второй раз я не смогу позволить себе вот так с тобой остаться.