Он впервые не назвал меня «опоссум» и, кажется, даже сам этого не заметил, продолжая хмуриться и размышлять, глядя на экипировку и оружие, что лежали на моей кровати.

— Что ж. Маямото — хитрая скотина. Но и не идиот. Он не станет рисковать своими вложениями бездумно. А в тебя денег он уже вкладывает немало. Он задействовал все свои связи, чтобы восстановить меня в Академии Линий, хотя это было непросто. И если бы он мог обойтись сегодня без тебя, то не стал бы тебя с собой брать. Значит, ты единственный, кто может спасти его шкуру, если понадобится. По своей давней привычке Маямото перестраховывается. Он чего-то боится.

Я кивнул.

— Думаю, дело в чароитах.

— Да, скорее всего. Ты показал, что можешь их убивать. Этого ему достаточно, чтобы сегодня поставить тебя в охрану рядом с собой.

— Считаете, есть риск, что чароиты там тоже будут?

Галей качнул головой.

— Это знает только сам Маямото. — Он опять посмотрел на экипировку и оружие. — Это хорошие вещи, нужные и качественные. Других Маямото не держит. Однако я принёс тебе ещё кое-что. До меча ты ещё не дорос, а вот для этого — вполне.

С этими словами он сунул руку за пояс на спине и вытянул оттуда небольшой свёрток ткани, затем положил его на низкий письменный стол и развернул, показывая то, что принёс.

На первый взгляд это был револьвер в наборе с наплечной кобурой.

Красивое и, кажется, раритетное оружие.

На широком стволе, возле метки прицела, мерцал соляной знак «мишень», точно такой же, какие я видел на сюрикенах, а барабан имел более крупный размер, чем в обычных револьверах.

Рукоять украшала гравировка герба с изображением головы рычащего волка внутри знака «V» из двух перекрещенных у острия мечей. Внизу под ними стоял иероглиф.

Галей взял оружие в руки и погладил курок большим пальцем.

— Таких уже давно не делают. Это метатель заклинаний, как и та современная трубка, которую тебе вручили. Но это совсем другая вещь, сынок. У неё есть душа, у неё есть история. Это легенда.

Он подал оружие мне.

Я взял его в руки и первым делом ощутил холод металла и вес — не тяжелее килограмма. Из револьвера я стрелял только однажды, и то ради забавы. В корпусе мы пользовались пистолетами, но только на стрельбищах и в тире во время огневой подготовки.

— Можно проверить? — спросил я у Галея.

Тот кивнул, внимательно за мной наблюдая.

Я взвёл курок до полувзвода и открыл заглушку барабана, чтобы проверить патроны. Пять каналов из шести имели заряды, и это были не патроны, а стержни с заклинаниями, только маленького размера, вчетверо короче, чем для трубки-метателя, которую дали мне помощники Маямото.

Закрыв заглушку, я спустил курок на пустой канал и всмотрелся в гравировку на рукояти.

— Чей это герб?

— Твой, — ответил Галей, не сводя с меня глаз.

— Но… — Я даже не нашёл, что сказать, продолжая глазеть на гравировку.

— Теперь это твой герб, Кирилл Волков. Если ты хочешь, чтобы с тобой считались, тебе нужна не только сила, но и символ. Я собирался сделать тебе подарок перед тем, как поехать в Академию Линий, но обстоятельства вынуждают меня сделать это раньше. Этот метатель заклинаний принадлежал мне, я пользовался им тридцать лет. Он отслужил мне верой и правдой. Теперь метатель твой. На днях я специально отправился в город, чтобы сделать эту гравировку. Как раз в тот самый вечер, когда ты и моя дочь развлекались на верхолёте.

Я не стал оправдываться насчёт верхолёта, хотя намёк и угрозу принял к сведению.

Ещё раз погладив гравировку герба пальцем, я посмотрел на учителя и поклонился.

— Спасибо, Галей-кин. Это большая честь.

— Точно, — усмехнулся он.

— А что означает этот иероглиф?

— Силу духа. — Учитель с любовью посмотрел на оружие в моих руках. — Это сила духа, опоссум, которой в тебе достаточно, чтобы носить этот легендарный метатель.

— А какие заклинания в нём сейчас заложены?

— Хороший вопрос. Эти заклинания — такая же редкость, как и этот метатель. Все пять заклинаний называются «смертельная ловушка». Это не уничтожение врага на месте, а его пленение и перенос в определённое место для дальнейшего допроса. Так как эти заклинания делались специально для меня, то и место я называл конкретное. Такое, откуда враг бы не смог сбежать.

Я с удивлением глянул на учителя.

— И что это за место?

— Бункер в джунглях Ютакийских гор. Его строил не я, конечно. Он принадлежал семье варваров, которые прятались от императорского указа, но были схвачены по пути в своё логово. Первым этот подвал в лесу нашёл твой приятель Хегевара.