Вернувшийся Михаил застал меня с бутербродом в зубах и блаженно зажмуренными глазами, когда я их открыла, он стоял в дверях и улыбался, это жутко смущало. Он шутливо прищурил один глаз и спросил:

– Алиса Бойцова-Стажёр, скажи мне, только честно, представь, что я не твой начальник, и забуду ответ на твой вопрос через секунду после того, как услышу. Ты торренты не качаешь?

Я округлила глаза и замотала головой, он шутливо погрозил пальцем:

– Смотри мне, я это спрашиваю потому, что сейчас позвоню админу и всё равно узнаю. Если ты скажешь мне об этом сейчас, никто, кроме нас двоих, об этом никогда не узнает.

Я дожевала, и с долей обиды за такое недоверие, сказала:

– Я ничего не качаю.

– Видео, может быть, из Контакта?
– хитро улыбнулся он, я немного смутилась, но ответила уверенно:

– Нет.

– Ладно, верю.
– Он достал телефон, набрал кого-то, и стал ждать ответа с нехорошей улыбочкой человека, который сейчас создаст кому-то очень заслуженные проблемы.
– Привет, Вань, ты за компом? Проверь наш трафик, и скажи мне, какой айпишник качает больше всего.

В трубке раздался голос, но слов я не разобрала, Михаил ответил:

– У меня файл, который обычно передаётся за сорок минут, показывает ожидаемое время восемь часов… Сейчас скажу, - он подошёл к моему столу, заглянул в монитор и прочитал какие-то цифры, придвинул соседний стул и сел, дотянулся до мышки, наклонившись ко мне так близко, что я увидела пыль в его волосах, и только сейчас обратила внимание, что он не в той одежде, в которой был на работе - на нём были потёртые линялые джинсы и растянутая футболка с маленькими прожжёнными дырочками, как будто на неё бенгальский огонь уронили. И эта футболка была пропитана потом, он весь был мокрым, и до меня с опозданием дошло, что вызывающий у меня приятную слабость божественный запах, это не парфюм, это пот. Я вытащила его из спортзала? И он приехал так быстро, как смог, даже не переоделся и душ не принял? Зато нашёл время купить мне бутерброд, да-да.

Он человек вообще? Это нормально?

Михаил разговаривал по телефону, я слушала его голос и смотрела на его руку с телефоном, на его шею… Он немного отодвинулся, и я немного наклонилась ближе, чтобы продолжать чувствовать запах, об него хотелось потереться всем телом, чтобы оставить немного себе, или украсть его вещь, и взять потом с собой в постель, чтобы чувствовать его запах и видеть его во сне…

– Алиса!

Я резко пришла в себя и отвела глаза, он помахал ладонью перед моим лицом:

– Ты здесь? Как слышишь меня?

– Нормально, - пробурчала я, глядя в сторону, он встал и пошёл к выходу, на ходу оборачиваясь и командуя:

– Слушай мою команду, стажёр. Задача - найти включённый компьютер.

– У нас все выключены, - я осмотрелась, он развёл руками:

– Выходит, не все.

– Но тихо же?
– я замерла, прислушиваясь, он тоже замолчал и застыл, тихо вышел в свой кабинет, потом в следующий напротив нашего, потом в редакцию через стену, вернулся и сказал:

– У вас громче всего.

– Это холодильник, - я указала на старинный агрегат в углу, который тарахтел постоянно, как будто родился в те времена, когда надо было перевыполнять план. Михаил прошёл к нему, осмотрел со всех сторон, заглянул в просвет между стеной и холодильником, попытался сунуть туда руку, но она не пролезла. Я хотела предложить свою помощь, но он просто наклонил холодильник на себя, дотянулся до вилки и выдернул её из розетки.

Настала жуткая тишина.

Потом уши привыкли и выделили из этой тишины стрёкот ламп дневного света… и шорох кулера. Михаил посмотрел на ближайший компьютер и многообещающе усмехнулся:

– Ага.

Включил холодильник, поставил ровно, я подошла посмотреть - шумел компьютер Марины, но лампочка не горела - её заклеили пластырем. Я двинула мышку, экран ожил и показал иконку пользователя, с паролем.

Михаил без сложностей щёлкнул энтером, не сработало. Он набрал цифры от одного до пяти - тоже не сработало. Повернулся ко мне и спросил:

– Когда у неё день рождения?

Я посмотрела на него с сомнением в его адекватности, и шепнула:

– Я работаю здесь третий день, я даже не знаю, чем она занимается.

– Ерундой она занимается, непонятно, что ли?
– он указал на её компьютер, как будто там было написано: "Марина, заниматель ерундой". Я вздохнула и посмотрела на часы - почти полночь.

– И что теперь делать? Звонить в такое время неудобно.

Он фыркнул и отодвинул стул подальше, полез под стол, бурча:

– "Неудобно". Хочешь, фокус покажу?

Я заглянула под стол, где он держал палец на кнопке сетевого фильтра, улыбнулся мне и нажал.

Компьютер потух, я виновато поморщилась: