И он поступил разумно — с рук мага слетело толстое копье, составленное из спрессованных водных струй. Оно играючи пробило два барьера, и лишь замедлило свой полет на третьем, когда Трегоран отпрыгнул в сторону, заканчивая четвертое защитное заклинание. Земляной щит столкнулся с водным копьем, и чары разрушили друг друга, а юноша, поднявшись на ноги, ответил двумя молниями.

Затем еще одной, и еще, и еще. Он чередовал молнии с огненными шарами, больше не давая противнику ни мгновения передышки. Никаких сложных заклинаний или демонстрации мастерства без необходимости. Так было обговорено заранее, так он и поступал.

И это сработало! Атериадец стал бледнеть и пятиться дальше, медленно, шаг за шагом, он приближался к воздушной стене. И вот, наконец, уперся в нее.

— Ладно, хватит! — заорал чародей, наконец, растеряв всю спесь.

Трегоран моментально направил в пол готовое сорваться с руки заклинание.

«Я испорчу мрамор!» — с ужасом подумал он, а потом вспомнил, что находится в защитном коконе. И в следующий миг в голову с запозданием пришла правильная мысль. — «Я разгромил своего врага, но же он слаб!»

Откровение это оказалось настолько поразительным, что юноша замер, глядя на ладони. Быть может, все не так и плохо? Может, он сумеет побороть боязливость? Новое чувство угнездилось в его груди. Что это было: гордость, радость, самоуважение? Трегоран не понял, но оно понравилось юноше.

Меж тем, маги помогли уйти их проигравшему товарищу, и Трегоран вновь оказался перед взорами совета.

— Весьма неплохо, — хмыкнул архонт. — Конечно же, Ерилион — всего лишь маг второго уровня, но ты победил его легко и уверенно.

Члены совета переглянулись.

— Мы хотим кое-что знать, — пророкотал басом высокий грузный мужчина с густыми черными волосами. — Для начала, откуда ты.

— Из Тимберии, — Трегоран вспомнил, свои репетиции с Димарохом и принялся врать, используя для лжи чистую правду. — Отец был писчим, мать — таверионкой. Когда остров захватили фарийцы, нам пришлось бежать. Родители умерли спустя пару лет от чумы. Мне повезло.

Он постарался изобразить самое жалостливое выражение лица, на которое был способен. Кажется, ему поверили.

— Понимаю, а где ты учился? — подал голос верховный городской маг.

— У родных матери.

— Которые не выжили.

— Да. Учитель сражался на стенах, а мне приказал сесть на корабль вместе с отцом и матерью, и уплывать. Гавань тогда еще работала.

— А что случилось после? — глаза мага буравили юношу.

— Путешествовал, пока, наконец, не познакомился с достопочтимым Димарохом, который как раз возвращался на родину. Он предложил пойти с ним.

— Хорошо, — взял слово еще один член совета — высокий худощавый мужчина с лицом аскета. — Можешь отправляться домой, совет обсудит твою кандидатуру и примет решение.

Юноша поклонился.

— Благодарю вас, господа. Вы очень добры.

Идти назад он старался ровной и прямой походкой, однако едва они оказались на свежем воздухе, прислонился к колонне, не в силах сделать еще шаг.

— Это было поразительно, друг мой, — Димарох навис над ним, а где-то сзади маячила Итриада. — Просто бесподобно. Ты буквально смел того наглеца!

— Зато сейчас едва держусь на ногах.

— Ну, это пустяки, — он протянул вперед руку. — Хватайся, устроим небольшую пирушку, я угощаю.

Трегоран усмехнулся и принял его ладонь. Они зашагали вниз по ступеням, к дому.

«Дом», — юноша задумчиво окинул взглядом город, раскинувшийся внизу. — «Вот уж не думал, что когда-нибудь еще смогу произнести это слово».

— Итак, отныне — это ваш дом, — буркнул Пилла, вталкивая мальчиков в большой барак, сложенный из толстых камней. Тут было темно — маленькие зарешеченные окна почти не приносили света, — и грязно. Затхлый запах, ударил в нос мальчикам и едва не сбил тех с ног, а вид тюфяков, разбросанных по полу, привел в уныние. Место это мало чем отличалось от рабского сарая, и не оставляло ни малейших иллюзий на то, что все будет хорошо. Пара обессилевших людей, больше похожих на скелеты, валялись на тюфяках, еще один — более здоровый на вид, баюкал забинтованную грязными тряпками руку.

— Что нас ждет, — напряженно спросил Элаикс, лишь в последний миг добавив, — господин?

— Зависит от вас, — коротко проговорил вольноотпущенник. — Если будете хорошо работать, останетесь тут, вас будут кормить и даже дадут одежду — господа милостивы. Попробуете бунтовать, узнаете, как глубоки домашние подвалы. Ну а не сможете работать, — он кивнул в сторону рабов, — полежите тут пару дней, и отправитесь на остров Тимиллы.

Элаикс не знал, о какой-такой Тимилле идет речь, но его это мало волновало, он продолжал выспрашивать: