— Я не понимаю фарийцев, — произнес он достаточно громко для того, чтобы однорукий северянин услышал.

— М-м-м?

— Почему они так жестоки? Почему выпивают все соки из людей, — Элаикс почувствовал, что с каждым произнесенным словом злится все сильнее. — Ваша страна богата и обширна, тут много лесов и полей. Так отчего же город задыхается от вони тысяч нищих, которым не хватает денег даже на то, чтобы утолить голод?

— Ты жадаешь вопрошы, ответ на которые очевиден.

— Да знаю я! — зло выкрикнул юноша, не замечавший, что их разговор привлекает внимание. — Все я знаю. Но не могу только понять скотства имперцев. У нас тоже богатые жили лучше бедных, но все это… — он широким жестом указал на тощих людей.

— Мы проиграли войну. Победители вшегда бешпощадны. Шмиришь.

— Не хочу и не стану! — Элаикс извлек кошель, которым его снабдила заботливая Эльра и высыпал его содержимое на прилавок. — Мяса всем, кто попросит. Тут хватит.

Восторженный вой раздался со всех сторон и к вожделенной еде потянулись десятки рук. Толпа моментально насела на них, чего Элаикс не ожидал. Он потерял равновесие и полетел вниз, однако сильная рука Аладана подтянула его и вырвала из людской массы. Бывший гладиатор оттащил своего командира подальше, усадил около стены и только после этого очень грязно выругался.

— Парень, ты или великий вождь, или дурак. Надо было додуматьшя!

Элаикс слабо усмехнулся.

— Я плохо контролирую себя в гневе, — признался Элаикс, который только сейчас осознал, что за последнее время, действительно, стал куда злее. Он и раньше-то не был образцом спокойствия, но никогда не терял контроль.

«Тоже, что ли, подарок от демона?» — подумал он. — «Надо будет разобраться».

— Жаметил, — покачал головой Аладан.

Они некоторое время молчали.

— Так о чем ты хотел поговорить?

— О том, что творится вокруг. О нашей банде, о будущем, — Элаикс успокоился. Он решился, выбор был сделан. — Я хочу, чтобы ты учил наших новичков фехтованию и строевому бою.

— Ты…

— Да! Я хочу оседлать бурю!

И точно подтверждая его слова, тучи, затянувшие небо, излились потоками воды, а вдалеке ударил гром.

Почти полторы недели прошло с того момента, как Трегоран стал мужчиной. И, надо заметить, он не переставал становиться все мужественнее и мужественнее едва ли не каждую ночь. Этаара была страстной и пылкой натурой, и не боялась демонстрировать это. Маркаций, если и подозревал что-нибудь, молчал, ничем не выказывая раздражения. Обучение продолжилось, и юноша постигал все новые и новые тайны волшебства. Он освоил уже почти три сотни заклинаний — в основном слабых — хотя использовать без помощи мысленного прочтения мог не больше третьей их части.

Зато Пламя разгоралось все сильнее, и это не было обычной похвальбой — постоянные тренировки плодотворно влияли на дар и Маркаций, радостно потирая руки, обещал через пару недель перейти к действительно сложным чарам.

Но не все шло хорошо — мысли о страшной сделке и не отпускали молодого волшебника, заставляя того кричать во сне и просыпаться в холодном поту. Он постоянно видел кошмары, каждая деталь которых навечно заседала в памяти, по делу и без дела вылезая наружу. Через некоторое время Трегоран начал ловить себя на мысли, что все чаще прикидывает — не сглупил ли он, заключив договор с Отцом Лжи? И не оказалась ли — или еще окажется? — плата чрезмерной? Эти страхи вынудили его проводить изрядную часть свободного времени в библиотеке, пытаясь найти все, что только можно, про загадочное существо, любящее принимать форму ежа.

За этим занятием его и застала Этаара.

— А вот и я. — Ее веселый смех колокольчиком раскатился по библиотеке, когда девушка открыла дверь и прошмыгнула внутрь.

— Привет, — Трегоран отложил книгу и уставился на подругу, широко улыбаясь при этом.

Она подошла к нему и нежно поцеловала.

— Что читаешь?

— «Небожителей» Аристиана Герхка. Эта книга про богов древности.

— Слушай, — девушка облизнулась, — есть вещи поинтереснее. Хочу вытащить тебя на конную прогулку с сюрпризом.

Отказаться от такого предложения было невозможно, и очень скоро Трегоран направлял своего скакуна вслед за прижавшейся к лошадиной шее Этаарой. Сегодня их прогулка продолжалась дольше обычного, и когда Этаара слезла с лошади, они оказались возле небольшого озерца. Девушка небрежно скинула одежду и нырнула.

— Чего ты ждешь? — весело рассмеялась она, показываясь не поверхности. — Тут тепло, иди же ко мне.

Вода в озере была действительно теплой, но Этаара, обвившая юношу, точно змея, оказалась куда горячее.

— Что это за место? — спросил он, стараясь увернуться от влажных губ. — Почему озеро такое теплое?

— Ты же маг, вот и скажи.

Трегоран, с трудом сдерживая свои инстинкты, призвал Воздушное зрение, позволявшее видеть магию, разлитую вокруг — у опытных магов глаза менялись настолько, что им не требовались такие заклинания, однако новичкам вроде него приходилось пользоваться тем, что есть, — и ахнул. Озеро находилось возле высокой стены, сплетенной из тончайших, невидимых обычному глазу, нитей.